Языковая ситуация в современном таджикистане состояние, особенн


На правах рукописи

НОЗИМОВ АБДУЛХАМИД АБДУАЛИМОВИЧ

ЯЗЫКОВАЯ СИТУАЦИЯ В СОВРЕМЕННОМ ТАДЖИКИСТАНЕ: СОСТОЯНИЕ, ОСОБЕННОСТИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

Специальность: 10.02.22 – Языки народов зарубежных стран Европы, Азии, Африки, аборигенов Америки и Австралии (таджикский язык)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Душанбе – 2010

Работа выполнена в отделе языка Института языка и литературы имени Рудаки Академии наук Республики Таджикистан

Научный консультант: доктор филологических наук

Назарзода Сайфиддин

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор

Зикриёев Фарход Кабилович

доктор филологических наук, профессор

Маджидов Хамид

доктор филологических наук

Вахобов Толибджон

Ведущая организация: Хорогский государственный университет

имени М. Назаршоева

Защита состоится 16 декабря 2010 г. в 10:00 часов на заседании диссертационного совета Д 047.004.01 по защите докторских диссертаций при Институте языка и литературы имени Рудаки Академии наук Республики Таджикистан по адресу: 734025, Республика Таджикистан, г. Душанбе, проспект Рудаки, 21.

С диссертацией можно ознакомиться в Центральной научной библиотеке им. Индиры Ганди Академии наук Республики Таджикистан (734025, Республика Таджикистан, г. Душанбе, проспект Рудаки, 33).

Текст автореферата размещен на официальном сайте ВАК Минобрнауки РФ HYPERLINK «mailto:[email protected]» [email protected] 20 июля 2010 г.

Автореферат разослан «____ » ___________ 2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Косимов О.Х.

Общая характеристика работы

Актуальность проблемы исследования. После распада Советского Союза, в котором в рамках единых принципов формировалась языковая политика, и появления новых независимых государств возникла необходимость осмысления новой языковой ситуации, определения приоритетов и направлений языковой политики и языкового планирования. В новом контексте стали осмысляться декларативные утверждения советской социолингвистики о языковой политике, и с позиции вновь объявленных государственных языков началось регулирование языковых ситуаций, пришло ясное понимание того, что языковое планирование и языковая политика – это важнейшие составляющие национальной государственной политики, во многом определяющие сохранение государственности.

Всё это привело к осознанию широкого круга теоретических и практических вопросов, которые стоят перед таджикским языкознанием: определение юридического и фактического статуса языков; содержание и этапы статусного и корпусного языкового планирования; этническая и языковая идентификация личности, этнических групп населения Таджикистан; этническое и языковое сознание и самосознание; возможность и предотвращение языковых конфликтов; определение сущности и типологии государственной языковой политики и языкового планирования; способы реализации языковой политики и эффективность мероприятий языкового планирования; динамика функционального развития государственного языка; возрождение языка и проблема его витальности.

Актуальность темы исследования. Названные выше и многие другие аспекты языковой ситуации, языковой политики и языкового планирования в Таджикистане подверглись детальному анализу в трудах таджикских социолингвистов: Хашимова Р.И., Зикриёева Ф.К., Маджидова Х., Шамбезода Х.Д., Вахобова Т., Карамшоева Д., Назарзода С., Гафорова Р., Рустамова Ш., Джураева Г., Фатхуллаева С., Хушеновой С.В. и др.

Отдельно следует оговорить включение в круг актуальных проблем таджикской социолингвистики вопросы витальности и возрождения языка, поскольку именно сегодня социолингвистика приступила к классифицированию и измерению употребления и функционирования языков с точки зрения витальности или с точки зрения категоризации употребления языка.

В настоящей работе рассматривается накопленный богатейший эмпирический опыт описания витальности различных языков в рамках изучения языковых ситуаций, который нуждается в теоретическом переосмыслении, обобщении и систематизации применительно к языковой ситуации Таджикистана.

Новая языковая политика осуществляется в республике в соответствии с Конституцией Республики Таджикистан, Законом Республики Таджикистан о языке (от 22 июля 1989 г.) и Законом Республики Таджикистан «О государственном языке Республики Таджикистан» (5 октября 2009 г.), «Программой Правительства Таджикистана по развитию государственного языка и других языков на государственной территории Республики Таджикистана» (от 21 октября 1997 г.) и другими документами, регулирующими государственно-правовые аспекты языковых отношений. Языковая политика проводится в соответствии со следующими направлениями: 1) осуществления языкового строительства по трём стратегическим направлениям – расширение и укрепление социально-коммуникативных функций государственного языка, сохранение общекультурных функций русского языка, развитие других языков народов Таджикистана; 2) создание ситуации благоприятствования процессам языковой нормализации, урегулирования функциональных взаимоотношений между государственным и другими функционирующими в республике языками; 3) целенаправленное и последовательное воздействие на функциональный статус и стандартизацию таджикского языка, нормализации и унификации терминологии и др. Языковая политика определяется как неотъемлемая часть национальной политики, как теория и практика сознательного и целенаправленного воздействия определённых субъектов (государственной власти, общественных партий, класса, группировок и др.) на ход языкового развития, как целенаправленное и научно обоснованное руководство функционированием существующих языков, созданием и совершенствованием новых языковых средств общения.

За прошедшие годы в Республике Таджикистан проведена значительная работа по этим направлениям, её результаты ощутимы во всех сферах функционирования государственного языка. Однако для выявления сущности инновационных процессов и оценки эффективности языковой политики необходим многомерный, обобщающий и системный анализ диагностических параметров, в которых наиболее объективно отражаются изменения, обусловленные мероприятиями, проводимыми в рамках законодательства современного Таджикистана в области языкового регулирования. Социолингвистический мониторинг изменений языковой ситуации в Таджикистане за достаточно показательный для определения общих языковых тенденций срок позволяет в известной мере обеспечить коррекцию языковой политики, отражающую динамику языковых процессов и региональную её дифференцированность по демографическим, социальным и этническим критериям. Необходимость изучения меняющейся языковой ситуации в новых геополитических условиях, вызвавших необходимость осуществления иной языковой политики в соответствии с императивами независимости Таджикистана, связана с гармонизацией этнических и межэтнических интересов в обстоятельствах, когда сохраняются проблемы, унаследованные от советского периода, и появляются новые проблемы, связанные с трудностями осуществления объявленной языковой политики.

Возрождение национальной культуры и духовности в новой парадигме гуманистических ценностей XXI-го в. и устойчивое развитие общества как открытой системы позволяют рассматривать государственный язык как главный компонент осуществляющейся в стране языковой политики. В соответствии с этим языковая политика как стратегически важная часть внутренней политики Таджикистана обязана обеспечить решение злободневных задач по сознательному регулированию и укреплению позиций государственного языка.

Объектом исследования является языковая политика и языковое планирование в современных условиях суверенного Таджикистана.

Предметом исследования является всестороннее изучение языковой ситуации и языковой политики как стратегически важной части внутренней политики Таджикистана.

Цель исследования – представить национально-языковую характеристику современного Таджикистана, разработать социолингвистические основы языкового планирования в условиях суверенной Республики Таджикистан, исследовать вопросы витальности и возрождения языка с учётом измерения употребления и функционирования языков с точки зрения витальности и с точки зрения категоризации употребления языка.

Гипотеза исследования включает следующие предположения:

— главным субъектом языковой политики является государство

(различные государственные институты), осуществляющее государственную поддержку таджикского языка в соответствии со стратегическими интересами Таджикистана;

— субъектом языковой политики является также таджикская

интеллектуальная элита – писатели, деятели культуры и искусства, языковеды, переводчики, журналисты, литературоведы и т.п., вплотную занимающиеся осуществлением языкового планирования;

— субъектами языковой политики являются представители

многочисленных диаспор Республики Таджикистан, приоритетной задачей которых является сохранение собственных языков и языковых прав.

Цель и гипотеза исследования позволили сформулировать следующие задачи исследования:

изучить проблему этноязыкового многообразия в различные периоды современной истории Таджикистана и наглядные изменения в численности населяющих его народностей;

проанализировать государственную политику в области языкового планирования;

охарактеризовать современные тенденции языковой ситуации в суверенном Таджикистане;

вскрыть причины сокращения численности одних этнических групп наряду со стремительным ростом других;

рассмотреть языки Таджикистана с точки зрения численности референтных этносов и представить их классификацию по соответствующим группам (язык-миллионник, язык с числом носителей девятьсот и более тысяч и т.д.);

определить причины экзоглоссности языковой ситуации в Таджикистане, этнодемографическую «потенцию» всех языков, задающую особенности их присутствия в коммуникативном пространстве республики;

7) определить социолингвистический статус языков и их распространение в коммуникативном пространстве Республики Таджикистан;

8) выявить причины полисубъектного характера языковой политики в Таджикистане и доминирования таджикского, узбекского и русского языков;

9) определить характерные особенности этноязыкового ландшафта Таджикистана, охарактеризовать его диффузный характер;

10) охарактеризовать ситуацию, сконцентрированную вокруг демографически и коммуникативно мощных партнёров – таджикского, узбекского и русского языков;

11) систематизированно рассмотреть особенности функционирования не только таджикского, узбекского, русского и памирских языков, но и положение других языков Таджикистана;

12) рассмотреть такие терминологизированные понятия, широко распространённые как в социолингвистике постсоветских стран, так и за рубежом, как «этнический язык», «титульный язык», «миноритарный и мажоритарный язык», а также «язык диаспоры», применительно к коммуникативному пространству Таджикистана;

13) изучить проблемы витальности таджикского языка с учётом условий его функционирования и социолингвистических параметров.

Решение этих задач заключалось в разработке научных основ отслеживания и анализа языковых процессов на теоретическом и праксиологическом уровнях.

Методологической и теоретической основой данного исследования являются:

— фундаментальные работы ведущих специалистов смежных научных направлений и прежде всего современные философские взгляды на язык как на социальное явление, на общество, в котором коммуникативные (дискурсивные) возможности языка/речи реализуются с целью осуществления межличностной, межнациональной и межкультурной коммуникации (В.М. Алпатов, Н.З. Бросова, А.А. Вербицкий, Е.М. Верещагин, Ю.А. Дешериев, Е.А. Земская, Ю.Н. Караулов, В.Г. Костомаров, И.П. Лысакова, О.Г. Масловский, Н.И. Мицкевич, В.А. Мясников, Б.Г. Нагорный, Н.С. Розов, Ю.С. Степанов, В.Д. Шадриков и др.);

— работы по изучению многоязычия и языковой ситуации в Республике Таджикистан (исследования Д. Таджиева, Ш. Рустамова, Р.И. Хашимова, С. Назарзода, Х.Д. Шамбезода, Т. Вахобова, П.Д. Джамшедова, Ш. Юсуфбекова и др.).

Концептуальная идея исследования состоит в том, что языковое планирование и языковая политика – это важнейшие составляющие национальной государственной политики, во многом определяющие сохранение государственности. В связи с этим возникает целый ряд теоретических и практических вопросов, требующих своего решения: определение юридического и фактического статуса языков, необходимость изучения меняющейся языковой ситуации в новых геополитических условиях, вызвавших необходимость осуществления иной языковой политики в соответствии с императивами независимости Таджикистана и т.п.

Опытно-экспериментальная база исследования. Исследование проводилось на базе данных Министерства образования Республики Таджикистан, Госкомитета по статистике Республики Таджикистан, документальных источников Государственного Архива Республики Таджикистан, результатов социологического опроса.

Этапы исследования. Исследование проводилось с 1995 по 2010-й год в три этапа:

Первый этап (1995 – 1999 гг.) – диагностирующе-прогностический – был посвящён изучению и анализу философской, социологической и социолингвистической литературы; определялись степень актуальности и уровень разработанности научной проблемы; формировались направление, тема и рабочая гипотеза, понятийный аппарат исследования, определялись его задачи. Использовались методы: анкетирования, интервьюирования, анализа документальных источников, тестирования, наблюдения, лингвистического эксперимента.

В указанный период изучались нормативные документы и постановления правительства Республики Таджикистан по вопросам языковой политики и языковой ситуации.

На этом этапе были использованы такие методы исследования, как анализ научной и научно-методической литературы, анализ проведённых исследований по данной проблеме, наблюдение, анализ результатов анкетного социолингвистического опроса. Методы обобщения и абстрагирования использовались при анализе проблемы и формулировании рабочей гипотезы и задач, моделировании социолингвистических ситуаций.

На втором этапе (2000 – 2005 гг.) – теоретико-экспериментальном – разрабатывалась и уточнялась концепция исследования проблемы и её решения. При этом использовались методы диагностики, моделирования языковой ситуации, эксперимента, статистические методы обработки результатов исследования и др.

На третьем этапе (2006 – 2010 гг.) – научно-экспериментальном – осуществлялась доработка теоретической и экспериментальной части исследования, уточнялись его выводы, осуществлялась апробация и внедрение результатов исследования в практику работы высшей школы, а также окончательное оформление материалов диссертационного исследования и подготовка монографии. Ведущими методами при этом были: анализ, обобщение, формирующий эксперимент, сравнение, статистическая обработка полученных данных и др.

Научная новизна исследования определяется следующими составляющими:

Впервые в социологической науке Таджикистана изучены проблемы

этноязыкового многообразия в различные периоды современной истории Таджикистана и изменения в численности населяющих его народностей;

Подробно рассмотрены языки Таджикистана с точки зрения численности референтных этносов и представлена их классификация по соответствующим группам (язык-миллионник, язык с числом носителей девятьсот и более тысяч и т.д.).

3. Подвергнута системному анализу языковая политика Республики Таджикистан и выявлены новые подходы к регулированию языковой ситуации в Таджикистане.

Определены основные черты новой языковой политики в Республике

Таджикистан, которая оценивается как централизованная (поскольку проводится государством и предусматривает систему общеобязательных мероприятий), перспективная (поскольку направлена на изменение существующей языковой ситуации), демократическая (поскольку учитывает интересы широких масс), интернациональная (поскольку основными стратегическими направлениями избраны, в первую очередь, развитие таджикского языка, а также русского языка и языков всех других этнических групп), конструктивная (поскольку направлена на расширение функций и развитие государственного языка, сфер его применения, повышение социально-коммуникативной роли, поддержание функционирования русского языка, а также всех других языков страны).

Дана качественная оценка эффективности и особенностей самой языковой политики как объективной основы сознательного воздействия на функциональное развитие государственного таджикского языка.

Осуществлены необходимые концептуально-терминологические уточнения внутри социолингвистической теории.

Применены статистические данные, позволяющие определить количество говорящих в данном языковом ареале, наличие или отсутствие миграций, сферы применения языка или языков в данном ареале и т.д.

Степень изученности темы. Различные аспекты изучения вопросов языковой политики, языковой ситуации и языкового планирования разработали зарубежные и отечественные исследователи: В.М. Алпатов, Н.З. Бросова, А.А. Вербицкий, Е.М. Верещагин, Ю.А. Дешериев, Е.А. Земская, Ю.Н. Караулов, В.Г. Костомаров, И.П. Лысакова, О.Г. Масловский, Н.И. Мицкевич, В.А. Мясников, Б.Г. Нагорный, Н.С. Розов, Ю.С. Степанов, В.Д. Шадриков, В.Х. Салибаев, М.И. Исаев, Р.И. Хашимов, С.Назарзода, Х.Д. Шамбезода, Т. Вахобов, П. Джамшедов и др.

Теоретическая значимость исследования заключается в выдвинутом положении, согласно которому языковая политика в Таджикистане в настоящее время является концентрированным выражением отношения государства к проблеме витальности таджикского языка во всей совокупности её проявлений, и это позволяет получить достаточно чёткое представление об основных тенденциях и реальных результатах статусного и корпусного планирования государственного языка в Таджикистане за годы независимости. Таджикский язык является одной из основ государственности, и государственная поддержка таджикского языка отвечает стратегическим интересам Таджикистана. Вместе с тем, сохранение сфер функционирования русского языка обеспечивается и поддерживается стремлением Таджикистана к интеграционным процессам, сохранению единого культурного и образовательного пространства с государствами СНГ.

Современные социолингвистические данные о динамике функционального развития государственного таджикского языка и расширении сфер его использования за последние годы позволили получить реальное представление об активных инновационных процессах, происходящих в языковой ситуации Таджикистана в рамках осуществляющейся языковой политики, дать качественную оценку эффективности и особенностей самой языковой политики как объективной основы сознательного воздействия на функциональное развитие государственного таджикского языка.

Практическая значимость исследования заключается в следующем:

— проанализировано общее состояние языкового планирования в Республике Таджикистан, а также магистральное направление языковой политики в Республике Таджикистан;

— проанализирована государственная языковая политика (правительственные документы) в области языкового образования и планирования;

— изучены процессы, охватившие большие и малые народы после распада Союза Советских Социалистических Республик;

— осуществлена референциальная идентификация языков и народов, а также изучена лингводемографическая статистика (на основе данных переписи) владения языком своей национальности различных этнических групп таджикистанцев;

— проведён социологический опрос, обработка данных которого, касающихся проблем этноязыкового многообразия в различные периоды современной истории Таджикистана и изменения численности населяющих его народностей, позволили сделать ряд важных выводов, способных повлиять на дальнейшее изучение развития языковых процессов и языковое планирование в современном Таджикистане;

— разработаны критерии и технология оценки языковой ситуации на основе широкого применения статистических данных, позволяющих определить количество говорящих в данном языковом ареале, наличие или отсутствие миграций и т.д.

Степень достоверности и обоснованности научных положений, выводов и рекомендаций. Достоверность и обоснованность полученных результатов обеспечены: применением комплекса методов, адекватных цели, объекту, предмету и задачам исследования, методологической обоснованностью исходных позиций исследования, связанных с изучением национально-языковой политики и языковой ситуации Таджикистана; опорой на современные социально-философские, методические и лингвистические исследования, на передовой отечественный и зарубежный опыт исследования социолингвистических аспектов функционирования и развития языков в полиэтнических государствах; репрезентативностью и валидностью данных опытно-поисковой и опытно-экспериментальной работы, которая проводилась в течение пятнадцати лет, сочетанием качественного и количественного анализа; наличием широкой базы апробации и внедрения основных положений исследования в практику преподавания социолингвистики; публикацией материалов исследования и их положительной оценкой (монографий, учебно-методических пособий, ряда статей и тезисов докладов).

Личное участие автора состоит в теоретическом обосновании основных идей и положений исследования, разработке концептуальной модели, позволяющей на основе результатов социологического мониторинга эффективно решать проблему языкового планирования в условиях современного Таджикистана, в непосредственном осуществлении исследовательской работы, интерпретации и апробации полученных результатов.

Личное участие диссертанта также состоит в проведении социологического опроса и обработке его данных, касающихся проблемы этноязыкового многообразия в различные периоды современной истории Таджикистана и наглядных изменений в численности населяющих его народностей, государственной политики в области языкового планирования, в непосредственном осуществлении и руководстве проведением опытно-экспериментальной работы по определению основных составляющих языковой политики и языковой ситуации в современных условиях суверенного Таджикистана, в опубликованных работах, в том числе авторских монографиях, учебно-методических пособиях, статьях.

Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись посредством:

— выступлений на международных, республиканских, региональных и межвузовских научно-теоретических и научно-практических конференциях и семинарах в г. Иванове (1985), г. Кулябе (1988-2002), г. Горьком (1988), г. Самарканде (1991), г. Душанбе (ежегодно, 1995-2010), г. Будапеште (Венгрия, 1990), г. Москве (2003 — 2010), г. Алматы (2005), г. Суздале (2007), г. Минске (2008), г. Астрахани (2008-2010), г. Риме (Италия, 2009), г. Тюмени (2010), г. Пятигорске (2008-2010), г. Дрездене (Германия, 2010) и др.;

— по проблематике исследования опубликовано: 2 монографии, свыше 30 статей, 15 тезисов;

— основные положения исследования обсуждались на научно-теоретических семинарах и заседаниях кафедр русского языка, таджикского языка Таджикского государственного педагогического университета им. Садриддина Айни, Таджикского государственного института языков имени Сотима Улугзода, на заседании кафедры русского языка и литературы Института иностранных языков РУДН (Москва, 2008, 2009), на заседаниях Учёного Совета факультетов русского языка и литературы, таджикской филологии Таджикского государственного педагогического университета им. Садриддина Айни (2006-2009), на заседаниях Учёного совета факультета русской филологии Таджикского государственного института им. Сотима Улугзода (2010), на совместном заседании отдела языка и отдела лексикографии и терминологии Института языка и литературы им. Рудаки Академии наук Республики Таджикистан (прот. № 41 от 18 июня 2010 г.);

− материалы исследования апробировались в процессе чтения спецкурсов и проведения спецсеминаров по проблемам общего языкознания и социолингвистики на факультете русского языка и литературы ТГПУ им. Садриддина Айни и других вузов Республики Таджикистан, в содержании таких учебных дисциплин общепрофессионального цикла, как «Русский язык», «Современный русский язык», «Таджикский язык», «Социолингвистика» и др.

На защиту выносятся следующие положения:

— субъектами языковой политики являются, помимо государства (главного субъекта) и таджикской интеллектуальной элиты, представители многочисленных диаспор Таджикистана, приоритетной задачей которых является сохранение собственных языков и языковых прав;

— в содержании языковой политики современного Таджикистана и её

направлениях отразилась экзогенность языковой ситуации Таджикистана, создаваемой многообразием языков различного статуса и коммуникативно-демографической силы;

— языковая лояльность и языковое поведение граждан формируются в результате непосредственного воздействия тех процессов, которые регулируются языковой политикой как части внутренней политики государства;

— возрождение национальной культуры и духовности, а также устойчивое развитие таджикского общества позволяют рассматривать государственный язык как главный компонент осуществляющейся в стране языковой политики, обязанной обеспечить достаточно оперативное и эффективное решение злободневных задач по сознательному регулированию и укреплению позиций государственного языка.

— каждый язык может получать квалификацию как язык диаспоры в зависимости от нескольких параметров: территории государства, гражданами которого являются носители языка, привязанности к конкретному географическому пространству данной территории, численности носителей языка по отношению к остальному населению страны и т.п.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трёх глав, заключения, списка использованной литературы. Общий объём текста диссертации составляет 309 страниц; в работе 17 таблиц; библиографический список литературы содержит 245 наименований.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обоснована актуальность исследования, определены проблема и степень её разработанности, объект и предмет исследования, сформулированы цель, гипотеза, задачи, раскрыты этапы и методы исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, а также положения, выносимые на защиту.

В первой главе − «Языковая ситуация в Таджикистане», которая состоит из восьми разделов, рассматриваются вопросы, затрагивающие особенности языковой ситуации и демографической характеристики, количество и генетическую принадлежность языков Таджикистана, раскрывается сущность таких социолингвистических понятий, как «этнический язык», «титульный язык», «миноритарный язык», «мажоритарный язык», «язык диаспоры». Всестороннему анализу подвергаются проблемы полисубъектности языковой политики в Таджикистане, политики возрождения и витальности таджикского и русского языков, а также даётся оценка эффективности языкового планирования в современных условиях Республики Таджикистан.

Термин «языковая ситуация» в 20-30 годы прошлого века нашёл широкое применение в работах зарубежных лингвистов, исследовавших языки народов Азии и Африки, таких, как Д. Вестерман, К. Лопез, К.М. Доук и др.

Следует отметить, что до сих пор не установилась единая точка зрения относительно термина «языковая ситуация» и языковой ситуации как объекта исследования.

Согласно теории Л.Б. Никольского, «взаимоотношение функционально-стратифицированных языковых образований изменяется во времени под воздействием общества и языковой политики, и, стало быть, представляет собой некий процесс. Этот процесс распадается на ряд состояний. Каждое такое состояние и есть то, что может быть вызвано языковой ситуацией». Развивая свою точку зрения, Л.Б. Никольский в своих последующих исследованиях приводит более чёткое определение данного понятия, сформулированного следующим образом: «Языковой ситуацией мы называем совокупность языков, подъязыков и функциональных стилей, обслуживающих общение в административно-территориальном объединении и в этнической общности».

Существуют и другие определения термина «языковая ситуация». Например, известный лингвист А.Д. Швейцер считает, что «… языковая ситуация может быть определена как модель социально-коммуникативных систем и подсистем, сосуществующих и взаимодействующих в пределах данного политико-административного объединения и культурного ареала в тот или иной период, а также социальных установок, которых придерживаются в отношении этих систем и подсистем члены соответствующих языковых и речевых коллективов». М.И. Исаев определяет основные компоненты конкретной национально-языковой ситуации, к которым он относит:

1) количество языков и их носителей; 2) состояние духовной культуры народов; 3) сферу распространения тех или иных языков, широту их использования; 4) учёт религиозного состава населения; 5) развитие народного образования и уровень грамотности населения.

В диссертационной работе мы придерживаемся данного определения понятия «языковая ситуация», как наиболее приемлемого для исследования такого разнообразного в языковом отношении ареала, как Таджикистан.

Излагая свои точки зрения, зачастую противоречащие и взаимоисключающие друг друга, все учёные, исследующие данный аспект, отмечают необходимость широкого применения статистических данных, позволяющих определить количество говорящих в данном языковом ареале, наличие или отсутствие миграций, сферы применения языка или языков в данном ареале и т.д.

На формирование разнообразной и сложной этноязыковой ситуации Таджикистана самым непосредственным образом оказали влияние процессы, сопровождавшие присоединение в конце XIX в. Таджикистана к России; неоднократный пересмотр государственных границ; особенности государственно-политического устройства досоветского, советского и постсоветского периодов и события последних лет, имевшие чрезвычайные последствия для всех народностей страны, а также кардинальные преобразования всей общественной системы, модернизация общества и экономики независимого Таджикистана. Наиболее значимыми из них являются:

1. Присоединение Средней Азии к России и создание Туркестанского генерал-губернаторства, в состав которого входила современная Согдийская область и часть Горно-Бадахшанской автономной области;

2. Миграционные потоки народов, эвакуация населения из оккупированных немцами мест в военные и послевоенные годы;

3. Миграционный массовый отток населения в 1990-1999 гг.;

4. Возвращение в годы суверенитета русско-славянского населения на историческую родину, во время которого эмиграция составила более миллиона русских, узбеков, украинцев, немцев и других национальностей и привела к снижению численности населения страны и доли в нём данных народов; численность населения страны снизилась, в том числе русских на 35,40%, татар — на 12,4%, азербайджанцев — на 37,1% и т.д.

Экзоглоссность языковой ситуации Таджикистана неоднократно описывалась в обширной научной литературе (см.: Хашимов Р.И., Вахобов Т., Шамбезода Х.Д.), однако ни в одном источнике не было указано точное количество языков. Объективные трудности с социолингвистической идентификацией и подсчётом языков Таджикистана связаны с рядом обстоятельств, а именно:

1. Несовпадение лингвонимов и этнонимов, напр.: пушту (пашто) — это язык афганцев, кабардино-черкесский — это язык кабардинцев и черкесов, карачаево-балкарский (или балкарский) — это язык карачаевцев и балкар, татарский — язык татар и крымских евреев, татский – язык татов и горских евреев, иврит и идиш – язык евреев и т.п.;

2. Особый статус некоторых народов, напр., татар и крымских татар, евреев и горских евреев, грузинских евреев, среднеазиатских евреев, крымчаков; молдаван и румын (отдельность молдавского языка по отношению к румынскому решалась политической волей);

3. Нарушение принципов этноаттитудной классификации и появление в Переписи 2000 г. строки, объединяющей народы и языки Индии и Пакистана (аналогично группировкам «народности Дагестана», «народности Севера», «латыши и латгальцы», «адыгейцы и черкесы», которые выделялись Переписью 1939 г.). По итогам переписи в Республике Таджикистан 2000 г. удалось идентифицировать около 100 языков, включая два языка нерасшифрованной строки переписи – «Народы Индии и Пакистана».

Если соотнести 100 идентифицированных языков с общим населением в стране, то получится чрезвычайно высокий усреднённый показатель экзогенности языковой ситуации. При этом существенно, что экзогенность языковой ситуации существует на фоне многочисленной группы, которую составляют языки со статически незначительным количеством представителей отдельных этнических групп, бережно поддерживающих, согласно данным переписи 2000 г., собственную этническую и языковую идентификацию.

В Таджикистане насчитывается 48 языков (почти 50 % от общего числа языков) с числом носителей, не превышающим 200 человек. Среди них особую группу составляют языки с критическим (менее 10 человек) числом носителей.

4. Геополитические изменения, сопровождавшие переход от Союза Советских Социалистических Республик к Содружеству Независимых Государств, обусловили изменение самой концепции государственности, в том числе оценки роли этнонационального элемента в общественной жизни и государственно-политическом устройстве, и ярко выраженное стремление к возрождению этнических языков и культур.

Согласно данным о численности населения отдельных национальностей Республики Таджикистан за 30 лет (1970-2000 гг.), численность некоторых этнических групп значительно сократилась, в то время как численность других этнических групп быстро возросла. Первое объяснение этого факта, очевидно, связано с мощными процессами, охватившими не только большие, но и малые народы; второе — с подвижностью самой этнической идентификации и самоидентификации (напр., евреи, зарегистрированные в переписи 2000 г., при наличии других этнических групп – горские евреи, среднеазиатские евреи, евреи грузинские, говорившие на разных языках).

Кроме того, при проведении советских переписей нередко допускались манипуляции с перечнем национальностей: осуществлялось так называемое конструирование «социалистических наций и народностей». В.И. Беликов, анализируя этнодемографическую статистику в зависимости от того, насколько сведения о народах попадали в официальную статистику, выделяет несколько групп народов бывшего СССР: официальные и неофициальные, среди неофициальных – неафишируемые, игнорируемые, скрываемые и нежелательные.

Осознавая некоторую сомнительность прямой референциальной идентификации языков и народов, а также то, что лингводемографическая статистика склонна показывать замедленный темп утраты родного языка, в качестве аргумента приведём данные, зафиксированные в переписи 2000 г.: о владении языком своей национальности заявили следующие малочисленные группы таджикистанцев: лакцы – 79,8 %, чуваши – 52,9%, дунгане – 3,28%, евреи – 16,5%, катаганы – 45,17%, мордва – 40%, молдаване – 36%, барлосы – 67,03, минги – 80,65%, уйгуры – 62,8%.

Разумеется, любой житель Таджикистана, отвечая на вопрос о владении языком своей национальности, мог сознательно или несознательно искажать данные о владении родным языком и данные о себе, в первую очередь, из-за обострившейся этнической или языковой идентификации. Здесь следует подчеркнуть замеченную особенность современной этнической идентификации для диаспор Таджикистана, оторванных от метрополии, — они стремятся любыми способами подчеркнуть свою связь с основным массивом этноса.

Обо всём этом можно судить, в частности, по тому, что впервые именно в переписи населения Республики Таджикистан 2000 г. графу «в переписном листе не указано» заполнили лишь 17 человек. Это означает, что все жители Таджикистана, прошедшие через процедуру переписи, определили свою этническую принадлежность (для сравнения можно привести данные переписи 2002 г. в Российской Федерации, где 1,5 млн. человек вообще не указали свою национальность).

Несмотря на политические и иные влияния на процесс проведения и результаты переписей, материалы официальных переписей могут, тем не менее, дать достаточно точные и достоверные сведения о языках Таджикистана, количество которых приближается к 100. Языки Таджикистана, рассматриваемые с точки зрения численности референтных этносов, могут быть распределены на следующие группы:

1. Язык-миллионник, т.е. язык с числом носителей более миллиона – таджикский язык;

2. Язык с числом носителей девятьсот и более тысяч – узбекский язык;

3. Язык с числом носителей более шестидесяти тысяч – русский, киргизский языки;

4. Язык с числом носителей более двадцати тысяч – лакайский язык;

5. Язык с числом носителей более пятнадцати тысяч – туркменский, татарский;

6. Язык с числом носителей более девяти тысячи – украинский, арабский, дурменский, барлоский, катаганский языки;

7. Язык с числом носителей более ста – азербайджанский, армянский, белорусский, казахский, башкирский, осетинский, молдавский, корейский, уйгурский, юзский и др.;

8. Язык с числом носителей более десяти – еврейский, латышский, дунганский языки;

9. Язык с числом носителей менее десяти – лакский, барлоский и др. языки.

Таким образом, экзоглоссность языковой ситуации в Таджикистане, как видим, создаётся 93 языками разнообразных генетических и типологических классов. Однако этнодемографическая «потенция» всех языков, задающая особенности их присутствия в коммуникативном пространстве, варьирует в широчайшем диапазоне, определяя социолингвистический статус языков и их распространение.

Доминирование в коммуникативном пространстве Республики Таджикистан таджикского и узбекского языков объясняется целым рядом причин, среди которых наиболее важными являются следующие:

1. Хотя характер, направления и причины миграции постоянно менялись, её масштабы и последствия для страны всегда были значительными, т.к. длительное время на протяжении веков между Таджикистаном и Узбекистаном поддерживаются экономические, духовные, социальные и родственные отношения, осуществлялись и добровольные перемещения народов, что привело к существенно изменившему этноязыковому ландшафту страны и к формированию приграничного массового двуязычия (таджикско-узбекского, узбекско-таджикского);

2. Социально-политические процессы последних десятилетий привели к значительной эмиграции из Таджикистана определённой части населения страны;

3. Численность референтных этнических групп носителей языков колеблется в весьма широких пределах — от диаспор в нескольких тысяч до диаспор в несколько человек;

4. Увеличение рождаемости среди местного населения Таджикистана, возвращение таджиков из Афганистана, Узбекистана и других стран на историческую родину, миграционные потоки из страны и другие процессы привели к существенным изменениям в демографической пропорции народов Таджикистана: таджики, по данным переписи 2000 г., составляют 80%, узбеки — 15,3%, русские – 1,1%, остальные этносы – 4,7%, что делает таджикский, узбекский и русский языки главными «субъектами» этноязыковой ситуации, а подавляющее большинство языков, за исключением таджикского, узбекского и русского, — языками малочисленных народов.

Таким образом, сегодняшний Таджикистан – это многоязычная, полиэтническая, мультикультурная и поликонфессиональная страна, в которой проживают народы, говорящие на языках разных генетических групп и структурных типов. Этноязыковой ландшафт современного Таджикистана характеризуется, с одной стороны, высокой степенью языкового разнообразия, с другой, — тем, что три этноса (титульный таджикский, узбекский и русский) доминируют в количественном отношении над всеми остальными этносами, усиливая демографически неравновесный и несбалансированный характер языковой ситуации.

Всё вместе придаёт этноязыковому ландшафту Таджикистана диффузный характер, а языковая ситуация оказывается чётко сконцентрированной вокруг демографически и коммуникативно мощных партнёров – таджикского, узбекского и русского языков.

Обращаясь к таким терминологизированным понятиям, достаточно широко распространённым не только в социолингвистике постсоветских стран, но и за рубежом, как этнический язык (язык данного этноса (нации, народности), титульный язык (язык нации (этноса), именем которой названо данное государство, национально-государственное (национально-территориальное и др.) образование), миноритарный язык (язык национального меньшинства, язык малочисленного народа (этноса), мажоритарный язык (язык национального большинства, язык многочисленного народа (этноса), язык диаспоры (язык части этноса (нации, народности, этнической общности), проживающей вне страны её исторического происхождения или основного расселения) и сравнивая эти термины, мы пришли к утверждению, что все они определяются через принадлежность к этносу и данный их признак можно охарактеризовать как постоянный и стабильный. Если этнический язык – это язык любого данного этноса независимо от числа его представителей и территории обитания, то титульный язык, миноритарный язык и язык диаспоры, напротив, напрямую зависят от данных признаков. Кроме того, миноритарный язык и язык диаспоры получают дополнительное употребление также в зависимости от отношения к титульному языку. Таким образом, предлагаются следующие рабочие формулировки:

— титульный язык – это язык конкретного этноса, представляющего данное локализованное во времени и пространстве государство (или иное административно-государственное образование);

— миноритарный язык – это язык конкретного этноса, представленный меньшим числом носителей по отношению к мажоритарному титульному языку и существующий с ним на территории данного локализованного во времени и пространстве государства;

— язык диаспоры – это язык части народа/этнической общности, проживающей вне страны исторического происхождения и представленный меньшим числом носителей по отношению к титульному языку, сосуществующему с ним на территории данного локализованного во времени и пространстве государства.

Но такое терминологическое уточнение не устраняет некоторые вопросы, в частности, такие: может ли титульный язык быть миноритарным? может ли быть титульным язык, которым не владеет большинство представителей данного титульного этноса? Можно ли считать титульным язык этноса, не занимающий доминирующего места по численности носителей? Может ли считаться миноритарным язык, насчитывающий миллионы носителей, или существуют нижний и верхний пределы числа носителей, позволяющие относить тот или иной язык к миноритарным?

Чтобы получить ответы на эти вопросы и дать определение рассматриваемых понятий, следует обратиться к опыту Европы и к международным документам, регулирующим жизнь языковых меньшинств. Существует пакет международных документов в области прав региональных и миноритарных языков: «Всеобщая декларация прав человека» (1948 г.), «Международный пакт о гражданских и политических правах» (1966 г.), «Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах» (1966 г.), «Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации» (1965 г.), «Декларация о правах народов, принадлежавших к национальным или этническим, религиозным или языковым меньшинствам» (1992 г.). Для государств – членов Совета Европы главным документом является «Конвенция о защите прав человека и основных свобод» (1950 г.). Этот правовой акт был принят в отношении стран СНГ (№ 1249 в 2001 г.); Гаагские рекомендации в отношении прав национальных меньшинств на получение образования (1966 г.); Рекомендации, принятые в Осло, о правах национальных меньшинств в области языка (1998 г.) и др. Наиболее важным документом в рассматриваемой области признаётся Европейская хартия о региональных языках меньшинств (1992 г.), принятая для защиты и продвижения региональных и миноритарных языков Европы и предлагающая современное понимание региональных и миноритарных языков.

Таким образом, опираясь на определение миноритарных языков, данное в Европейской хартии о региональных и миноритарных языках, считаем необходимым предложить следующее терминологическое уточнение: миноритарный язык – это язык конкретного этноса, представленный меньшим числом носителей по отношению к мажоритарному титульному языку, имеющий территориальную основу и сосуществующий с титульным языком на территории данного локализованного во времени и пространстве государства.

При таком понимании миноритарных языков памирские, к примеру, языки, функционирующие в Таджикистане, могут быть (в пределах территории данного государства) признаны миноритарными.

Подобная терминологизированная характеристика памирских языков оправдана тем, что они традиционно используются в пределах Таджикистана, благодаря чему они прямо привязаны к данному географическому пространству на этой территории, а именно к Горно-Бадахшанской Автономной области Республики Таджикистан.

Языковую политику в современном Таджикистане можно охарактеризовать как полисубъектную, поскольку в ней участвуют различные субъекты, каждый из которых имеет собственные мотивации и интересы:

Главным субъектом языковой политики является государство

(различные государственные институты), осуществляющее государственную поддержку таджикского языка в соответствии со стратегическими интересами Таджикистана;

Таджикская интеллектуальная элита – писатели, деятели культуры

и искусства, языковеды, переводчики, журналисты, литературоведы и т.п., вплотную занимающиеся осуществлением языкового планирования;

Субъектами языковой политики являются представители

многочисленных диаспор Таджикистана, приоритетной задачей которых является сохранение собственных языков и языковых прав.

Даже обобщённое перечисление субъектов языковой политики убеждает, что в её содержании и направлениях отразилась экзогенность языковой ситуации Таджикистана, создаваемой многообразием языков различного статуса и коммуникативно-демографической силы.

Одним из важнейших субъектов языковой политики являются представители диаспор Таджикистана. Каждый язык может получать квалификацию как язык диаспоры в зависимости от нескольких оговоренных выше параметров: территории государства, гражданами которого являются носители языка; «привязанности к конкретному географическому пространству», данной территории; численности носителей языка по отношению к остальному населению страны и т.п.



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | Вперед → | Последняя | Весь текст