Современное состояние нотариата в Российской Федерации и пробле

Комитет Совета Федерации по правовым

и судебным вопросам

С Т Е Н О Г Р А М М А

заседания

«круглого стола» на тему

«Современное состояние нотариата в Российской Федерации и проблемы его реформирования»

4 февраля 2010 года

А.Г. ЛЫСКОВ

Добрый день, уважаемые коллеги! Я хочу с вами посоветоваться. У нас по нашей программе, которую вы получили, заявлены два основных докладчика, заявлены заранее те, кто хотел выступить с соответствующей информацией. Но один из докладчиков задерживается, он был обозначен первым. Может быть, мы поменяем местами и первой выступит Мария Ивановна? А когда он подъедет, мы дадим ему слово. Нет возражений?

Уважаемые коллеги, наш Комитет является профильным органом Совета Федерации, в ведении которого входят вопросы законодательного обеспечения деятельности нотариата. Наш Комитет давно не рассматривал эту тему, поэтому, посовещавшись на заседании комитета в прошлом году, мы приняли решение эту тему обсудить.

Наверное, это так технологически, а вообще по жизни получается, что есть такие органы или структуры, где каждый человек обязательно побывает в своей жизни, и без этого наши граждане вообще не могут обходиться. Я, конечно, не могу не сказать, что они не могут обходиться без законодателя и, разумеется, хотя бы один раз в жизни обязательно обращаются к нотариусам. Без следователя они могут обойтись, если они не совершают преступления или не являются очевидцами, без судьи тоже, если не являются сторонами в каких-то тяжбах, а без нотариуса обойтись не могут.

Поэтому тема достаточно, как мне кажется, важная и направлена на обеспечение основных прав и свобод человека, которые предусмотрены нашей Конституцией и международными правовыми актами.

И еще во вступительной части мне хотелось бы с такой белой завистью вам сказать, что у вас есть такая возможность, тем, кто становится нотариусом, давать присягу. У нас, членов Совета Федерации, такой пока возможности нет. Мы попытались внести законодательную инициативу в Совет Федерации, и она уже два с половиной года находится там, хотели по вашему примеру тоже давать присягу. И вне всякой партийности, которая иногда мешает, действительно, принимать какие-то государственные решения, иногда… вы знаете, какая волна сейчас поднята в отношении нашего Председателя, совершенно необоснованная, поэтому будем настойчиво добиваться того, чтобы мы присягу принимали и зависели от верности присяге, которая основана, естественно, на Конституции.

Уважаемые коллеги, вам была роздана программа. Тема нашего «круглого стола», а «круглый стол» – это одна из форм парламентской деятельности, обозначена: «Современное состояние нотариата в Российской Федерации и проблемы его реформирования». Я хочу остановиться на последнем слове. Мы специально так написали «реформирование», а не модное слово «модернизация», как сейчас принято, поскольку, мы считаем, с момента принятия закона об основах нотариата реформирование продолжается и, наверное, ему не будет конца, потому что жизнь диктует какие-то новые условия.

Я хотел бы с вами договориться о порядке работы. Уже назвал, что у нас было два выступающих с основными докладами, и мы, конечно, реализуем это. Мария Ивановна просит 15 минут. Но если Любимов опоздает, тогда Ваше время.

Из числа записавшихся у нас было 13 человек, но один человек из этого списка выпадает, поскольку его срочно направляют в командировку. Это первый заместитель Генерального прокурора Буксман Александр Эмануилович. Остается из числа записавшихся 12 человек. На обсуждение этих докладов мы отводим полтора часа. Выступающих прошу соблюдать регламент до 7 минут. Если кто-то не будет укладываться в 7 минут, я вынужден буду, как председательствующий, прервать и оставшуюся часть доклада предложить включить в стенограмму. Стенограмма будет полная.

Затем по нашей программе еще отводится время на выступление в прениях, если у кого появится желание выступить. Здесь по времени получается до 4 минут. Предлагается закончить это в 14 часов.

И еще одно замечание. Чтобы мы были взаимно вежливы и уважали друг друга, кто по каким-то причинам в силу своего графика и так далее пожелает уйти, чтобы уходили в перерыве между выступлениями. Потому что когда человек стоит на трибуне и демонстративно кто-то уходит, не очень красиво с точки зрения, так сказать, этики.

Я позволю себе, как председательствующий, мы в программе написали список по алфавиту, это такая в нашем Комитете традиция, а уже давать слово я буду, соблюдая, во-первых, паритет, чтобы выступали мужчина – женщина, чтобы не было никакой дискриминации. По списку здесь получается, что мужчин больше, поэтому в конце потом будем давать слово каждому мужчине. Буду предупреждать, кто следующий, подготовиться к выступлению, чтобы все было достаточно организовано.

По алфавиту мы разместили и список лиц, изъявивших желание у нас работать на заседании. Но в силу случайного такого обстоятельства должен буду сказать, что первая фамилия названа – Андреева Татьяна Михайловна, президент Липецкой областной нотариальной палаты. Я представляю тоже Липецкую область. И хочу сказать, что все начинания в Липецкой области, которые начинаются, эксперименты, они имеют успех. Надеюсь, что мы будем тоже следовать этим традициям. И наш «круглый стол» будет иметь успех в будущем. Вот такое мое маленькое вступительное слово. Наверное, начнем работать.

Слово предоставляется Сазоновой Марии Ивановне, президенту Федеральной нотариальной палаты.

М.И. САЗОНОВА

Анатолий Григорьевич в своем вступительном слове сказал замечательную фразу, что граждане не могут обходиться без услуг нотариусов. И это правда. Поэтому в зависимости от качества, от кадрового состояния нотариата, от его подготовленности, от его функциональной принадлежности, определенности этой функциональной принадлежности зависит реализация статьи 48 Конституции по оказанию квалифицированной правовой помощи населению.

Наверное, не секрет, что нотариат находится сейчас на этапе серьезнейшего реформирования. И в этой посвященной аудитории, видимо, мне нет необходимости подробно рассказывать о предназначении нотариата в правовом обслуживании граждан. Как институт предупредительного правосудия нотариат, действующий исключительно в сфере бесспорной юрисдикции, обеспечивает защиту прав и законных интересов граждан от имени государства, совершая нотариальные действия, определенные законодательством.

Все мы помним, что последнее реформирование нотариата состоялось в 1993 году. В этом была насущная потребность для разрешения хронических проблем, накопившихся к тому времени и препятствующих нормальному правовому обслуживанию граждан и юридических лиц в новых экономических условиях.

Поскольку на тот период государственный нотариат влачил жалкое существование, низкая заработная плата, плохие условия для приема граждан, неукомплектованность кадрами, достаточно сказать, что на начало 90-х годов было по всей России около четырех тысяч государственных нотариусов, причем это по количеству должностей, а с точки зрения реальной работы чуть больше половины. Все находили возможность для того, чтобы взять больничный по уходу за детьми или просто, потому что на эту жалкую заработную плату никто не хотел тогда работать. Причем многие из нотариусов не имели высшего образования. Понятно, что они не могли справиться с возрастающим объемом нотариального обслуживания как граждан, так и юридических лиц в интенсивно развивающихся новых рыночных отношениях.

Идея реформирования, заключавшаяся в возрождении небюджетного нотариата, оправдалась. На сегодня в России около 8 тысяч нотариусов. Где-то порядка 40 всего лишь государственных. Все они имеют высшее юридическое образование. Шестьдесят восемь процентов из этого количества работают в нотариате свыше 10 лет. Более 100 нотариусов имеют ученую степень.

А.Г. ЛЫСКОВ

Мария Ивановна, извините, пожалуйста, я хочу маленькую ремарку сделать, как председательствующий. Поскольку Любимов Юрий Сергеевич чуть-чуть опоздал, у меня возникли сомнения, может быть, Министерство юстиции от имени государства не хочет отдавать или наоборот хочет отдавать весь институт нотариусов. Поэтому он решил чуть-чуть задержаться. Будем считать, что медленно мы все-таки его убедим, чтобы сеть нотариусов расширялась в сторону от государства. Пожалуйста.

Ю.С. ЛЮБИМОВ

Я думаю, что Министерство юстиции просто не хочет торопиться с принятием решения по нотариату. Поэтому берем небольшую паузу.

А.Г. ЛЫСКОВ

Пожалуйста.

М.И. САЗОНОВА

Как я сказала, около 100 нотариусов имеют ученую степень, 90 нотариусов имеют звание «Заслуженный юрист России», из чего следует, что это высоко профессиональный подготовленный корпус специалистов. На сегодня созданы нормальные условия для приема населения, резко возросло качество правового обслуживания, ликвидированы очереди. Тогда спрашивается, а какая необходимость у государства в новой реформе нотариата?

Нам представляется, что реформирование в первую очередь обусловлено актуальными проблемами, имеющими место в социально-экономических, правовых сферах нашего государства, когда огромное количество граждан становятся жертвами рейдерства, противоправной деятельности теневого бизнеса, других негативных явлений, возникающих на фоне развития демократических принципов и явного ослабления квалифицированного правового сопровождения гражданского оборота.

Достаточно сказать, что за последние 15 лет нотариат оказался практически вытесненным на законодательном уровне из сферы гражданского оборота. Вначале из исполнительного производства, затем из сферы корпоративных, залоговых отношений, из сделок с недвижимым имуществом и ряда других. За год нотариусы совершают порядка 100 миллионов нотариальных действий.

На сегодня около 70 процентов из этого количества составляют простейшие виды нотариальных действий. Это свидетельства верности копий, свидетельства подлинности подписей на документах и заявлениях и так далее. Работа нотариуса перестала быть интересной по содержанию. К тому же она оказалась несбалансированной экономически из-за отсутствия выверенных объективно рассчитанных тарифов за нотариальные действия.

За последние годы 5 раз менялся закон о госпошлине в сторону ее понижения. И на сегодня есть факты, которые совершенно необъяснимы даже для обывателей, не говоря уже для специалиста. Ну, скажем, тариф за удостоверение договора залога жилого помещения составляет всего лишь 200 рублей, что неадекватно ни сложности составления договора, ни временным затратам. Или удостоверение отчуждения долей уставного капитала, введенное с 1 июля прошлого года, тариф составляет всего лишь 500 рублей, что совершенно не соответствует мере гражданской ответственности нотариуса, и ряд других.

К тому же отсутствие узаконенных тарифов за составление проекта нотариального акта и за техническую работу повлекло такие негативные проявления в нотариате, как взыскание с граждан завышенных сумм в счет как бы компенсации недополученных из-за отсутствия сложных нотариальных действий, которые более или менее составляют приличный размер государственной пошлины. Естественно, это несопоставимо с публично-правовым статусом нотариата, естественно, это повлекло жалобы граждан. А способов реального реагирования на это практически нет, поскольку в Основах законодательства о нотариате отсутствует дисциплинарная ответственность, нет четкого разграничения полномочий между нотариальными палатами и органами юстиции, размытость функций государственного контроля и многое другое, что позволяет сделать вывод, что основы перестали соответствовать духу времени и требованиям социально-экономических отношений, формирующихся в обществе. Вот это вторая причина необходимости реформирования нотариата.

Эти обе причины взаимосвязаны, потому что основанием низкой востребованности нотариата в сфере гражданско-правовых отношений явилось как раз слабое законодательное регулирование нотариата и нотариальной деятельности. Получается, реформа в 1993 году оказалась оправданной в том отношении, что она позволила снять чрезвычайно острые проблемы, существовавшие на тот период. Но в последующем государство фактически проявило равнодушие к судьбе нотариата, перейдя на точечное регулирование некоторых аспектов его деятельности через отдельные нормы в отдельных законах.

Такое отношение к нотариату вряд ли можно назвать оправданным лишь только потому, что нотариат без каких-либо серьезных экономических затрат со стороны государства может быть использован в качестве надежного правового гаранта в сфере имущественных отношений граждан, облегчить работу суда через процедуру внесудебного урегулирования споров, через широкое применение исполнительной надписи нотариуса, через доказательственную силу нотариального акта и так далее.

Не секрет, что суды перегружены делами. Буквально 2 февраля этого года Председатель Арбитражного Суда Москвы Свириденко Олег Михайлович в своем интервью прессе назвал цифры увеличения числа дел – с 96 тысяч в 2008 году до 177 тысяч в 2009 году. И он, как вариант разгрузки, предложил передать рассмотрение простых расчетных дел по суммам от 10 до 50 тысяч нотариусам.

Мы знаем, что перегружены суды общей юрисдикции, в том числе и по спорам, основанным на договорах купли-продажи недвижимого имущества в простой письменной форме. В ноябре на собрании приводилась цифра по Волгоградской области, где за 9 месяцев прошлого года из 224 судебных дел по сделкам с недвижимостью 218 были оформлены в простой письменной форме, и всего лишь 6 в нотариальной. А за весь год 731 сделка оформлена без участия нотариуса и только 9 нотариально.

Уверена, что подобное соотношение цифр характерно и для России. Так что сегодня не существует официальной судебной статистики, но мне представляется, она по субъектам выглядит таким образом.

Мы считаем, что за счет квалифицированного правового сопровождения нотариусами договоров в сфере недвижимости можно было бы резко сократить количество незаконных сделок и защитить права добросовестных граждан. Нотариат мог бы стать правовым регулятором в сфере корпоративных правоотношений, начиная с момента их создания.

Ведь на сегодня на официальном уровне озвучивается цифра сфальсифицированных юридических лиц по ряду субъектов Российской Федерации до 85 процентов.

Для примера. 23 января по телевидению в московских новостях прозвучало, что в Свиблово только за последние месяцы образовано 52 фальшивых ТСЖ.

Мне могут возразить, что нотариат на сегодня слаб и не способен справиться с теми проблемами, которые я сейчас озвучиваю. Это правда. Но нам представляется, что государство, будучи заинтересованным в становлении, в улучшении этого правового института, может за счет правового урегулирования укрепить его и сделать его таким, каким оно для государства необходимо. К тому же прошедшие 15 лет убедительно показали, что эффективной замены нотариату в гражданском обороте не нашлось.

В последнее время понятия, связанные с необходимостью наведения элементарного порядка в той или иной отрасли, сразу увязываются с происками против демократии, свободного выбора гражданином той или иной формы правовой помощи, правовой защиты или вообще права обойтись без таковой. Последствия этого нам известны. Например, по данным Департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД России, ежегодно совершается порядка 100 тысяч краж и угонов автотранспортных средств. Неуклонно растет число фальшивых документов, выявленных сотрудниками, в том числе фальшивых доверенностей на управление и распоряжение автотранспортом.

Отмена требования о необходимости нотариального удостоверения подобных доверенностей и взамен возможность использования их в простой письменной форме, когда невозможно проверить ни правоподтверждающий документ, ни реального собственника, ни реального пользователя, будет и в дальнейшем способствовать росту подобных преступлений. И особую тревогу подобное положение вызывает в связи с тем, что с 1 июля этого года будет установлено единое таможенное пространство. И, как мы понимаем, этим могут воспользоваться недобросовестные люди, которые будут проходить таможенный досмотр за пределами России, а здесь будут продавать и легализовывать транспортные средства, используя, в том числе, и поддельные документы.

Нам представляется, что в новом реформирующемся гражданском законодательстве должны быть расширены нормы нотариально-правовой защиты в целях более надежной защиты прав и имущественных интересов граждан, придание прозрачности гражданскому обороту, содействие государству в осуществлении им контрольных функций в экономической, социальной и других сферах нашего общества. Это позволило бы более конструктивно подойти и к реформированию на законодательном уровне института нотариата, опираясь на базовые положения Гражданского кодекса.

В концепции федерального закона о нотариате и нотариальной деятельности предусмотрено в интересах граждан и иных участников гражданского оборота использовать потенциал нотариата в полном объеме, в связи с чем предусмотрено расширение нотариальных действий, введение новых, а также возложение на нотариуса обязанности по комплексному оказанию юридической помощи гражданам. Имеется в виду по консультированию, сбору документов на регистрацию прав и юридических лиц, например. Присутствие на заседаниях органов управления юридических лиц по вопросам образования, избрания органов управления, распоряжения имуществом и так далее.

Предполагается закрепить признание юридической силы нотариального акта. Отнесение к ним, в частности, исполнительных надписей в сфере договорных гражданско-правовых обязательств, нотариально удостоверенных соглашений об уплате алиментов, об обращении взысканий на заложенное имущество и иных.

Предусматривается законодательное закрепление доказательств вины силой и публичного признания нотариально оформленных документов в виде нормы об освобождении от доказывания обстоятельств, содержащихся в нотариально удостоверенном документе, если эти обстоятельства и данные нотариальные действия нотариуса не подлежат оспариванию или обжалованию при рассмотрении другого гражданского дела и ряд других положений. Я думаю, Юрий Сергеевич об этом будет говорить более подробно. В том числе, предполагается установить и экономически обоснованные размеры нотариальных тарифов и единого порядка их исчисления и взыскания.

Естественно, предполагается и раздел об ответственности нотариусов, об усилении государственного контроля за деятельностью нотариата, введение системного повышения профессионального уровня нотариусов, улучшение порядка формирования кадров нотариального корпуса и ряд других.

Новое правовое регулирование нотариата дает надежду на фундаментальное закрепление и использование его потенциала в сфере гражданского оборота, ибо, на наш взгляд, не может успешно формироваться правовое государство без эффективного использования всех правовых институтов, в том числе и нотариата.

Хотелось бы надеяться, что и Совет Федерации, и Государственная Дума, и Правительство Российской Федерации поддержат необходимость проведения реформы по коренной перестройке нотариата России, определения его роли и места в гражданских правоотношениях наравне с нотариусами стран континентальной Европы.

Благодарю вас за внимание. (Аплодисменты.)

А.Г. ЛЫСКОВ

Спасибо, Мария Ивановна.

Мне неожиданно пришла мысль, когда Вы сказали, что с помощью нас, законодателей, устанавливаются тарифы в меньшую сторону. Наверное, среди законодателей какие-то завистники есть вашей деятельности…

М.И. САЗОНОВА

Есть, есть.

А.Г. ЛЫСКОВ

Но в нашем Комитете завистников нет, это я могу сказать точно совершенно, поэтому мы совместными усилиями будем работать в том направлении, о котором Вы сегодня говорите.

Я хочу предоставить слово заместителю министра юстиции Любимову Юрию Сергеевичу. Пожалуйста.

Поскольку Юрий Сергеевич будет выступать вторым и многие вещи Мария Ивановна уже сказала, наверное, у него доклад немножко сократится, поэтому будет возможность выступить другим.

Ю.С. ЛЮБИМОВ

Спасибо большое, Анатолий Григорьевич. Спасибо за возможность выступить перед этой представительной аудиторией. И отдельное спасибо за то, что Вы обратили внимание на проблемы, с нашей точки зрения, одного из сложнейших институтов, современных правовых институтов.

Вы опять совершенно правильно сказали, что после Марии Ивановны очень трудно выступать. Поэтому если бы у меня был действительно написан какой-то текст доклада, то, наверное, пришлось бы три четверти исключить из этого текста. Поэтому я попробую несколько слов сказать о том, что нас, как ведомство, отвечающее за развитие и регулирование нотариата, волнует.

Действительно, я думаю, что все здесь присутствующие люди, так или иначе связанные, болеющие за нотариат, и я здесь вижу уже очень много знакомых лиц, в разных форматах мы встречались, обсуждали, дискутировали, поэтому я думаю, что здесь подготовленная профессиональная аудитория собрана, и я думаю, что все здесь прекрасно понимают, что те изменения, о которых и Мария Ивановна говорила в своем выступления, и те изменения, о которых я скажу, они, конечно, уже давно назрели.

Я вообще считаю, что нотариат – это один из самых в свое время удачных урегулированных институтов, наших правовых институтов, наверное, потому что нотариат, он одним из первых пережил реформу. И давайте уж так говорить, в общем-то, из достаточно заштатного института, каким он был в советское время, он превратился в, может быть, со своими особенностями, со своими недостатками, со своими проблемами и болезнями, но он превратился в действующий, эффективный, по крайней мере, живой институт. То есть там есть с чем работать и есть, над чем работать.

Но опять же, я думаю, все мы понимаем, что существенно поменялась та реальность, в которой мы сейчас с вами живем. Страна изменилась и политически, изменилась экономически, и, конечно, те решения, которые были предложены в начале 1990-х годов для нотариата, сейчас они нуждаются в некотором изменении, в некоторой корректировке.

Мне кажется, что наша с вами работа должна состоять не в том, чтобы перемалывать бумагу, пусть этим занимаются технические специалисты, а мы должны в результате нашего обсуждения предложить какие-то живые решения.

Страна поменялась. Экономические реалии очень сильно поменялись. И мы, когда говорим о развитии нотариата, мы, конечно, исходим из того, что мы должны помочь развиться этому достаточно успешному и живому институту и, может быть, задать новый импульс в его развитии, сделать так, чтобы наш нотариат удовлетворял не только наши внутренние потребности, потребности страны, но и чтобы это был нотариат действительно мирового уровня. Мне кажется, что у нас возможности для этого есть.

О проблемах Мария Ивановна тоже очень много говорила. Я думаю, что проблемы более или менее очевидны. Во-первых, это крайняя неоднородность нотариата. С этими же проблемами сталкиваемся и в наших других юридических корпорациях. Наверное, в наибольшей степени эта проблема существует у нас в адвокатуре, там, где есть московская адвокатура, есть адвокатура региональная. Это две разные стороны, которые не пересекаются между собой. В нотариате по большому счету та же самая ситуация. У нас до сих пор есть не просто десятки, а сотни участков, где нотариальная потребность не закрыта. У нас очень острая проблема в муниципальных органах, которые выполняют по совершенно непонятным правилам нотариальные функции. У нас есть проблема, с одной стороны, высококонкурентного доступа к профессии, прежде всего, в крупных городах (Москва, Санкт-Петербург, области, другие крупные промышленные центры, города-миллионники). У нас просто есть проблема нехватки и недостатка нотариальных услуг в малонаселенных и труднодоступных регионах. Сюда же близко примыкает и дискутируемая проблема государственного нотариата, необходимости его сохранения и необходимости полного отказа от государственного нотариата, – одна из дилемм, которые сейчас существуют.

Вторая проблема, которая на самом деле, наверное, первая, это проблема, на которую обращает внимание наш Министр Александр Владимирович Коновалов (координационное совещание в Северо-Западном округе, которое он проводил, было посвящено проблемам нотариата, там он очень жестко высказывался как раз по этому блоку вопросов), – это проблема так называемого «черного нотариата».

Что греха таить, в этой аудитории мы все понимаем, что, к сожалению, сейчас нотариусы очень часто, особенно в крупных городах, выполняют, мягко говоря, несвойственные их профессии функции, как минимум разные «серые» истории, которые сопровождают особо доверенных клиентов (выдача документов задним числом, подмена документов и так далее). К сожалению, мы имеем, это не единичные случаи, практику участия нотариата в откровенно преступных общекриминальных действиях: убийствах, вымогательствах, рейдерских схемах. Это, конечно, задача номер один. Поэтому когда мы сейчас обсуждаем пути развития нотариата, я думаю, что приоритет, который мы для себя здесь определяем, это борьба как раз с проявлениями «черного нотариата».

Третья проблема состоит в том, что у нас, к сожалению, но, может быть, так и должно быть, у нас практика экономического оборота всегда идет впереди правового регулирования. Поэтому мы должны здесь наши экономические реалии догонять, а иногда, может быть, даже обгонять. Понятно, что сейчас уже есть такие виды действий, которые в экономике существуют, которые в бизнес бросят, но которые нотариат пока что в силу большого количества формальных причин не может предоставить.

И еще одна из задач – это расширение сервисов нотариата прежде всего для бизнес-сообщества. Я думаю, что это одна из важных задач, которую мы должны учитывать.

Четвертая проблема, которую я здесь обозначил, она уже тоже была достаточно подробно освещена в выступлении Марии Ивановны, – это проблема дисбаланса в тарификации. Кстати, одна из проблем, почему нотариат вызывает, может быть, не всегда однозначное отношение в нашем обществе, – это проблема не очень внятно сформулированной тарифной политики в нотариате.

Я уже неоднократно подчеркивал в своих публичных выступлениях, я не являюсь сторонником того, чтобы отнять у нотариата ту имущественную подушку, на которой он сейчас благополучно отдыхает.

Мы все понимаем, что в крупных городах, это прежде всего Москва, доходы нотариата делают эту профессию более чем привлекательной. Но мне кажется, что наша задача – не вот взять и поделить, и не отнять у тех, может быть, успешных людей в нотариате, которые честно выполняют свою работу, те доходы, которые они имеют, задача – сделать эти доходы более прозрачными и самое главное, понятными пользователю.

И вторая задача, которая здесь к этому близко примыкает, это задача предложить пользователям диверсифицированную систему тарификации. То есть, наверное, у нас есть те пользователи, которые не готовы много платить за нотариальные услуги. Мы должны дать им доступную, дешевую услугу. Есть пользователи, которым нужны более продвинутые сервисы, если можно так сказать, и они должны получить услугу более качественную, но возможно и более дорогую.

Вот сейчас действительно у нас существует ситуация, в которой мы, по сути дела, вынуждаем нотариусов создавать разные двух-трехэтажные схемы для того, чтобы добирать дополнительный доход, который они не могут получить за счет там не очень правильно сформулированных тарифов. Вот это, я думаю, будет один из больших вопросов предстоящей нотариальной реформы.

К сожалению, вот все те проблемы, о которых я сказал, они формируют, особенно в глазах населения, не очень богатого, не очень погруженного в эту проблематику, те наши граждане, которым нужно оформить завещание, получить доверенность, совершить какие-то элементарные бытовые сделки, к сожалению, граждане, которые сталкиваются иногда с недостаточностью нотариальных услуг, с очередями, с не очень качественным сервисом, у них формируется не очень хороший публичный имидж нотариата.

Поэтому, наверное, наша задача – приблизить нотариат к населению и сделать так, чтобы к нотариусу шли не только за совершением вот тех действий, о которых я сказал, но возможно и за какой-то базовой правовой консультацией. Вы, наверное, знаете, что сейчас Министерство юстиции большое внимание уделяет вопросам правового просвещения граждан и оказания малообеспеченным гражданам бесплатной юридической помощи. И мы должны признать, что уже сейчас нотариат выполняет эти функции. Нам надо, может быть, подумать, как вот эту, по сути дела, уникальную сеть из юридических профессионалов высокого класса использовать для того, чтобы развивать правовое знание у населения.

И, что греха таить, еще одна большая проблема, это проблема с назначениями нотариусов. Вы знаете, что у нас есть двухступенчатая система назначения, система, которая, я тоже думаю, вызывает больше вопросов, чем ответов на данный момент, которая нуждается, как минимум, в некоторой корректировке. Говоря о тех решениях, которые мы готовы предложить, здесь, мне кажется, надо выделить, наверное, несколько основных направлений стратегических.

Мне кажется, что первое и главное, мы должны исходить из того, что наша нотариальная система, это система, которая, в конечном итоге, должна быть всецело обращена лицом к пользователю. И этот пользователь у нас может быть разный. У нас есть пользователь, который хочет получить услугу быстро, качественно и недорого, который редко обращается к нотариусу. У нас есть другой пользователь, который в день выписывает 200-300 доверенностей, который, может быть, хочет, чтобы нотариус приехал к нему, который хочет получить услуги не только те стандартные, которые сейчас нотариатом предоставляются, но и, может быть, поддержку по более сложным сделкам, который хочет получить поддержку сделок, существующих в международном контексте. Мы должны и тому, и другому пользователю дать адекватное решение в новом законе. Вот это, наверное, первый и главный приоритет.

Наверное, вторая линия, которой мы придерживаемся, и будем придерживаться при разработке нашего нового закона, это, как бы, внятное понимание вообще экономики всех процессов. Я, как человек, который в свое время достаточно долго проработал в экономическом ведомстве, я пришел для себя, наверное, к неутешительному выводу, что та система отношений, в которой нет какой-то внятной экономики, где непонятно, кто и как зарабатывает, вот эта система отношений станет искусственной. Она рано или поздно разрушится и будет подменена какой-то другой системой.

Поэтому нам нужно в нотариате очень четко понимать, зачем человек туда идет, сколько он зарабатывает, за счет чего он зарабатывает. И, следовательно, здесь, наверное, ключевые вопросы, это выстраивание прозрачной тарификации нотариальной профессии.

И один, наверное, главный и дискуссионный сложный вопрос — это вопрос финансовой солидарности в нотариате. Мы понимаем, что у нас регионы очень разные, разброс в доходах нотариусов существенно разнится, я думаю, в десятки раз в настоящее время, мы говорим сейчас о реальных цифрах, и понятно, что и проблематика разная.

Поэтому мы должны в составе каждой корпорации, прежде всего в нотариальной корпорации, как в более готовой к этому, создать механизм финансовой солидарности, механизм обеспечения нотариальной потребности в тех регионах, где экономически это целесообразно. Поэтому сейчас мы в качестве рабочей схемы рассматриваем отказ от государственного нотариата с возложением обязанностей по поддержанию нотариальной функции в малонаселенных и труднодоступных регионах на само нотариальное сообщество.

Но это требует совершенно другого четкого и прозрачного подхода к перераспределению взносов, доходов внутри нотариального сообщества. Понятно, что за счет чего-то это надо, эти 250–300 позиций, о которых мы говорили, надо содержать. Не говорю о том, что доходы у всех нотариусов по всей стране должны быть одинаковыми, конечно, этого никогда не будет. Но я считаю справедливым, если, допустим, нотариат в крупных городах и в экономически развитых регионах будет отчислять часть своих доходов на то, чтобы обеспечивать нотариальную потребность в регионах, гораздо более бедных.

Второй приоритет нового разрабатываемого закона и нашей новой нотариальной политики – это диверсификация нотариальных потребностей по пользователю, то, о чем я вам говорил. Здесь необходимо, видимо, выделить тот перечень действий, которые наиболее часто востребованы населением, предложить возможность совершения действий по относительно невысокой цене, с другой стороны дать возможность нотариусам зарабатывать большие деньги на сложных нотариальных действиях, те, которые сейчас вообще никак не урегулированы в нашем законодательстве и ведомственных инструкциях по нотариальному делопроизводству.

То есть если есть потребность у бизнеса в совершении каких-то действий, и эти действия сейчас нотариус в силу формальных причин не может совершить или не умеет совершить, значит, мы должны ему помочь это сделать. Мы должны закрепить такую формальную возможность в законе и дать нотариусу инструкции по тому, как совершать такие действия. И возможно здесь, это пока еще дискуссионный вопрос, мы должны дать нотариусу возможность расширить его полномочий в области совершения сделок в бизнес-среде.

Здесь нотариус мог бы совершать те функции, которые он совершает в некоторых других странах, и такие функции я бы обобщенно назвал посредническими. Возможно, он мог бы где-то выступать платежным агентом, исковым агентом, эти возможности нужно тоже обдумать.

Важнейший приоритет – это недопустимость использования нотариальной профессии в преступной деятельности. Мы уже сейчас можем для этого много сделать. Здесь основные направления можно свести к двум или трем. Во-первых, все согласятся с тем, что та система саморегулируемого нотариата, которая была заложена в лихие 90-е, ее несовершенство сейчас очевидно и для самого нотариального сообщества. К сожалению, сейчас нотариат видит в своих рядах откровенно преступных нотариусов, не имеет возможностей для того, чтобы с ними что-то сделать.

Мы должны предложить новый механизм лишения нотариуса полномочий, мы должны дать и самому нотариальному сообществу, и органам юстиции возможность своими совместными действиями быстро и эффективно очищать нотариальную корпорацию от недобросовестных участников. Как раз на последнем заседании внутренней рабочей группы обсуждался этот очень непростой вопрос. Я не сторонник того, чтобы передавать все полномочия по контролю над нотариусами государственным органам, по сути дела, нам. Мне кажется, что здесь мы должны выступать вместе с нотариальными палатами, потому что все случаи, о которых мы говорили, все очевидные, там, где у нас существует единство мнений по фигуре конкретного нотариуса, у нас и у нотариального сообщества.

Мне кажется, что нотариальные палаты, как орган нотариального сообщества, должны участвовать и должны давать свое согласие на такое очищение своих рядов.

Тогда, наверное, было бы неправильно этот баланс интересов резко переписывать в обратную сторону.

Второе, не менее важное, как мне кажется, направление борьбы с «черным» нотариатом – это совершенствование нотариального делопроизводства и постепенная его электронизация, то есть перевод в компьютерный вид. Здесь, кстати, причины, наверное, двойные, потому что понятно, что сейчас очень многие нотариусы страдают от явно устаревших, архаичных правил совершений действия. Например, когда нотариус должен переписывать, по сути дела, содержание огромного документа от руки в свою книгу, это занимает много времени, не дает ему заниматься другими более важными делами. С другой стороны, ныне действующая система – фиксация нотариальных действий – позволяет нотариусам совершать сделки задним числом, совершать другие услуги, которые явно не охватываются действующим законодательством. То есть большинство из этих вещей исправимо через исправление правил нотариального делопроизводства, через введение постепенного электронного документооборота, по сути дела, двойным ключом, то есть там, где мы сможем отслеживать в реестр…

В общем, электронизация нотариального делопроизводства – это важнейшая задача для объединения ресурсов нотариата в единую информационную сеть. Я думаю, что вы знаете те кричащие проблемы, которые у нас сейчас существуют – это отсутствие реестра доверенности, отсутствие реестра завещаний. Понятно, что сейчас XXI век, когда есть все возможности для того, чтобы иметь единый банк данных нотариальных действий, они у нас существуют, наверное, было бы неправильно работать по правилам XIX века.

И, наконец, еще одно важнейшее направление информирования нотариата – это подключение нотариата к решениям государственных задач. Не пугайтесь, я не имею в виду, что нотариусы будут работать на стройках народного хозяйства. Мне кажется, что нотариат мог бы стать очень удачной розничной сетью для предоставления государственных услуг.

Первые шаги в этом направлении мы уже делаем. Мне кажется, что нотариусы могли бы стать качественными, квалифицированными, контролируемыми государством посредниками, при предоставлении госуслуг прежде всего в области государственной регистрации недвижимости. Первые шаги мы совместно с Росреестром и с Министерством экономического развития делаем в этом направлении. Это помогло бы и нам, помогло бы и нотариату, тем более помогло бы, конечно, регистрирующим органам, которые могли бы получать уже готовые сформированные пакеты документов, существенно ускорять свою работу, бороться с очередями и так далее. Мне кажется, что это важная задача.

Нотариат, наверное, должен стать строго ориентированным на своего клиента. Нужно стать вежливым, корректным, не допускать очередей, нести перед клиентом ответственность. Я не сторонник того, чтобы плохих нотариусов бросать в тюрьму. Мне кажется, что как раз в области нотариата мы можем предложить очень эффективный механизм гражданско-правовой ответственности, механизм страхования профессиональной ответственности. Это те механизмы, где мы тоже открыты к наиболее широкому взаимодействию.

Процедурно я могу вам доложить, что поскольку, в общем, концептуальные подходы к развитию нотариата по большинству вопросов более или менее понятны, то сейчас мы начали работу над подготовкой некоего «сырого» текста, который мы немного отшлифуем и уже предложим на всеобщее обсуждение. Под моим руководством сформирована рабочая группа из ученых, которые просто в суровом, академическом режиме работают над этим пока еще модельным текстом.

Мы собираемся, я надеюсь, где-нибудь к концу весны подготовить что-то похожее на текст, который будем готовы обсуждать в самых разных форматах. И мне очень хотелось бы надеяться и, пользуясь возможностью, попросить об этом Анатолия Григорьевича и других коллег из Совета Федерации, мы надеемся, что Совет Федерации мог бы стать одной из центральных площадок для такого обсуждения.

Я готов пояснить, почему именно такой формат работы выбрали. Понятно, что такой огромный закон (а мы предполагаем включить в него не только организационную, но и процедурную часть из правил совершения отдельных нотариальных действий), конечно, нужно писать. Там должны быть суровые, мозолистые рабочие руки, которые будут сидеть днями и ночами и создавать этот непростой текст. Когда этот текст в общих чертах будет готов, мы его предложим для публичного обсуждения.

Сейчас создана и действует рабочая группа. В нее включены (это было наше принципиальное решение) только ученые и практики нотариата. Цель здесь – быстро подготовить проект для обсуждения и дальше вносить в него изменения.

Я надеюсь, что сейчас мы только начинаем наше интересное обсуждение по нотариату, и мы всегда здесь будем открыты для самого широкого диалога. Спасибо.

А.Г. ЛЫСКОВ

Спасибо, Юрий Сергеевич. (Аплодисменты.)

Так получилось, что у Вас созвучная фамилия с известным режиссером. Он увлеченно рассказывает о театре, а Вы увлеченно рассказывали о будущих изменениях. Поэтому, наверное, будет успех обеспечен.

А мы, разумеется, площадку такую предоставим. И надеюсь, что эта площадка будет действительно площадкой. И мы в нормальной рабочей, творческой обстановке сможем действительно обсуждать готовый проект.

Более того, мы готовы, чтобы эксперты нашего Комитета и желающие члены Совета Федерации поучаствовали в заседаниях рабочей группы, если вы нас будете своевременно информировать о заседаниях рабочей группы.

Ю.С. ЛЮБИМОВ

Спасибо, Анатолий Григорьевич.

У меня был один забавный эпизод, когда я в одно из государственных зданий входил и входил туда по пропуску, на меня очень долго смотрел охранник и говорит: а мне сказали, что будет режиссер.

А.Г. ЛЫСКОВ

Видите, как я угадал.

Ю.С. ЛЮБИМОВ

Видимо, я не похож визуально на режиссера.

А.Г. ЛЫСКОВ

Скорее, я бы Вас назвал братом Коновалова. Но ладно, это отступление.

Уважаемые коллеги, в предметы ведения нашего Комитета входит и законодательное обеспечение деятельности судов. И, поскольку эта ветвь государственной власти тесно взаимодействует с нотариатом по многим проблемам, поэтому я бы просил выступить судью Верховного Суда Российской Федерации Горшкова Вячеслава Валерьевича. Тем более, что наш Комитет в свое время давал ему путевку на такой высокий пост.

И я бы попросил приготовиться Рассказовой Наталье Юрьевне.

В.В. ГОРШКОВ

Большое спасибо за приглашение. Иметь возможность выступить перед такой аудиторией и, в частности, высказать некоторые пожелания судебной власти относительно нотариата предоставляется не так часто.

Хотелось бы начать свое выступление с проблем, которые были обозначены. Они моментально оказываются у нас в судопроизводстве, в делах, которые мы рассматриваем.

И, готовясь к сегодняшнему совещанию, я попросил наши статистические органы подготовить небольшие графики по тем делам, по которым нотариусы или принимали участие или могли принимать участие. Вот первый график – это споры, связанные с наследованием имущества. Посмотрите, мы сделали график примерно с 1995 года по 2008 год, какое количество споров было рассмотрено судами общей юрисдикции за этот период времени. Естественно, свидетельствует о том, что количество таких споров возрастает. И нотариусы, наверное, принимали участие в этих спорах. И те последние дела, которые мы рассматриваем, свидетельствуют о том, что нотариусы, которые выполняли соответствующие действия, не всегда корректно их выполняли, скажем так. И это вызывало массу вопросов и нареканий, и судопроизводство по этим наследственным делам затягивается на довольно длительный период времени. Мы можем сказать: дела, связанные с наследованием, где суды вынуждены неоднократно вызывать в судебное заседание нотариусов, опрашивать их, и это свидетельствует о том, что процедура совершения определенных нотариальных действий не прописана в основах, а это надо бы сделать для того, чтобы исключить из судебной практики какие-либо сомнения в том, что нотариус совершил свое действие правильно.

Следующий график, связанный с тем же наследственным имуществом, показывает, сколько исков было удовлетворено.

Если вы посмотрите 1995–1998 годы о количестве удовлетворенных требований, вот последний 2008 год практически совпадает с тем количеством исков, которые были предъявлены в судах. Это должно, в общем-то, беспокоить. И я думаю, это свидетельствует о том, что есть определенные направления, которые должны быть устранены, а в действиях нотариусов, в частности, те пробелы, которые существуют в основах.

Следующий график. Это график сделок с частными домами и приватизированными квартирами, с 1995-го до 2008 года. Здесь колебания вы видите, которые присутствуют, они связаны с изменением законодательства. Можно посмотреть 1996–1997 годы, когда было установлено, что эти сделки могут теперь совершаться в простой письменной форме, и, в общем-то, количество споров, которые стали возникать в связи с этим.

Я обращаюсь к предыдущему докладчику, который обратил внимание на то, что неучастие нотариусов в этих сделках приводит к к тому, что эти дела оказываются в судах. В последнее время количество споров, естественно, немножко сократилось.

Следующий график – это количество удовлетворенных требований. Опять максимальное практически. Видите, да? Вот этот столбик, он показывает, сколько таких дел рассмотрено, и практически максимальное количество обратившихся граждан получили положительный результат по своим обращениям.

И следующий график непосредственно касается нотариусов. Жалобы на нотариальные действия и отказ в их совершении. Цифры вы видите какие. Они незначительные, надо сказать. Очень положительно, что по отношению к тому количеству дел, которые рассматриваются судами общей юрисдикции, жалобы на действия нотариусов практически минимальные. Вы видите, последний год, 2008-й, это 1475–1442 — минимальное количество.

А теперь посмотрим, сколько из этих жалоб было удовлетворено, это следующий график. Больше половины. Сказать, что это положительная тенденция? Всегда больше половины! То есть никогда это количество не падало меньше 50 процентов. Это настораживает, это говорит о том, что или Основы законодательства недостаточно регулируют порядок совершения тех или иных действий, или нотариусы допускают такие нарушения, в исправление которых вынуждена вмешаться судебная власть.

Это вот касается некоторых статистических данных.

Что хотелось бы отметить? 17 лет прошло с 1993 года, и естественно, нормативно-правовой акт, который регулирует деятельность нотариата, он значительно оторвался от тех реалий правовой действительности. За истекший период времени полностью проведена кодификация гражданского законодательства, это 1995–1996 годы, в 2008-м принята четвертая часть Гражданского кодекса. Что в законодательстве о нотариате изменилось за этот период времени концептуально? Только какие-то технические правки, больше ничего не было сделано.

Особенно судебную власть беспокоили те дела, которые мы выделили, это дела наследственные. Часть третья непосредственно касалась нотариусов. Да, наверное. Но каких-либо изменений законодательство тоже не получило.

На сегодняшний день мы имеем поручение Президента и в плане развития концепции гражданского законодательства. И уже где-то в середине этого года, а к октябрю месяцу есть поручение внести в Государственную Думу некоторые законопроекты, связанные с развитием гражданского законодательства в части первой.

Поэтому с этой точки зрения представляется, если нотариат останется в том же виде, в котором он существует на сегодняшний день, это приведет к тому, что он, безусловно, отстанет, отстанет от тех процессов, которые происходят у нас не только в экономической сфере, но и в сфере гражданского законодательства. Представляется, что это недопустимо.

И хотелось бы сказать о некоторых пожеланиях и о некоторых проблемах, с которыми мы сталкиваемся повседневно в своей судебной практике. Я буду очень краток. Может быть, приведу, два примера из судебной практики, по которым нотариат мог бы, в общем-то, сделать таким образом, чтобы этого дела не оказалось в судах.

В частности, вопрос, связанный с защитой интеллектуальных прав. Сделка, договор, авторский договор удостоверен нотариусом. Все хорошо написано. Написано, что один обладатель передает права другому, и цена договора ноль рублей ноль копеек. Я думаю, что если бы квалифицированный нотариус удостоверял это, он бы предупредил стороны, что авторский договор в силу закона это возмездная сделка. Правильно ведь? Не может быть ноль рублей ноль копеек.

И в результате два года люди разбирались в судах общей юрисдикции и решали вопрос, кто каким образом передал эти исключительные права, а цена вопроса очень значительна.

Следующий вопрос – это вопросы, связанные с завещаниями. Это все чаще и чаще мы сталкиваемся с этими делами в судебной практике, когда нотариус удостоверяет завещание в больнице, когда сам больной не может, в общем-то, сделать надпись на завещании и так далее. А почему бы (вот тут прозвучало) внедрение современных технологий, внедрение современных методов фиксации того, что происходит при совершении этого действия. Я могу предложить как вариант ведение какого-то определенного протокола.

Суд вынужден выяснять, что происходило в том месте, где совершалось это действие, вызывать массу свидетелей. Это приводит к затягиванию судебного процесса, и сам нотариус отвлекается ведь от того, что происходит. Неоднократные откладывания судебных заседаний, и суд вынужден давать оценку, в том числе и показаниям нотариуса, который, если бы он представил определенные документы, подтверждающие, как он совершил это действие, может быть, этого спора в суде вообще бы не возникло.

(См. приложение к выступлению на стр. 106-108)

А.Г. ЛЫСКОВ

Вячеслав Валерьевич, я как председательствующий должен предупредить. Сколько Вам нужно еще времени?

В.В. ГОРШКОВ

Я еще буквально два слова скажу.

А.Г. ЛЫСКОВ

Хорошо.

В.В. ГОРШКОВ

И скажу по вопросу, который беспокоит нас и беспокоит очень, скажем так, превентивное правосудие. Вы сказали об этом. Вы сказали о превентивном правосудии.

Да, действительно нотариат – это превентивное правосудие. Но для того чтобы он существовал и реализовывался, необходимо четкое законодательное регулирование, четкая нормативно-правовая регламентация порядка и правил совершения нотариальных действий, ведение делопроизводства и содержание архива.

Мы сейчас получаем массу дел, когда у одного нотариуса архив пропал, у другого нотариуса он каким-то образом был, скажем, испорчен или утрачен. Масса таких дел. То есть в результате действий нотариуса у нас появляются споры о праве.

Я приведу только один пример – это вопросы, связанные с завещаниями, когда нельзя проверить было это завещание или не было этого завещания, или те лица, которые получили завещание, вынуждены обследовать весь округ, выяснять, а не было ли последующего завещания после этого. А вы, в общем-то, отказываете в совершении нотариального действия. Есть такая проблема. Есть.

И хотелось бы большое пожелание разработчикам законопроекта о том, чтобы на нотариат было возложено, по мере возможности, мирное разрешение споров, то есть медиация. Наверно, у нотариата есть (даже сейчас) в Основах все закрепленные правовые элементы медиации, которыми нотариат может воспользоваться.

И, к сожалению, на сегодняшний день вот такая перспективная форма разрешения споров никак не реализуется ни в брачно-семейных отношениях, ни в наследовании, не говоря уже о других сделках. К сожалению, наверно, это надо решать.

И есть еще один вопрос (я буквально скажу, поскольку он нас очень беспокоит) – это налоговые недоимки, когда в суды обращаются налоговые органы о взыскании налоговых недоимок. Вот тут прозвучала статистика арбитражных судов, и я могу сказать, что в судах общей юрисдикции таких дел больше 6 миллионов рассматривается, а цена вопроса от 100 рублей и чуть-чуть побольше.

Нельзя ли подумать, каким образом эти дела убрать из судебных процедур, может быть, передать нотариусам. Можно, наверно, подумать и обсудить этот вопрос, потому что ведь судебная процедура – это очень дорогая процедура. И представляется, наверно, необходимым…

РЕПЛИКА

А нотариальная процедура — дешевая. (Оживление в зале.)

В.В. ГОРШКОВ

Я сказал не о том, что дешевая, я сказал о том, что, вероятно, эти процедуры можно решить иным внесудебным порядком. И, может быть, нотариат в этой процедуре может принять участие.

Ну и последний вопрос, это принимать новый закон или каким-то образом дополнять старые основы? Вероятно, это вопрос законодателя. Законодатель должен, наверно, сам принять решение, в каком объеме он будет решать вопрос. Но основы должны, вероятно, полностью быть в том объеме, в котором они позволяют нотариату функционировать сейчас, они оправдали. Они оправдали, сейчас нотариат действует. Действует и никаких сбоев таких, которые могли бы привести к каким-то пагубным последствиям, не наблюдается. Наверно, это должно быть за базу взято и наращено, Спасибо. (Аплодисменты.)

А.Г. ЛЫСКОВ

Спасибо, Вячеслав Валерьевич, спасибо, конечно, за рекомендацию законодателям, Вы в своем выступлении очень хорошо воспользовались трибуной, потому что за счет времени исполнительной власти Вы расширили свое выступление, а нам – рекомендации. Мы все рекомендации выполним, для этого и собрались.

Я хочу попросить выступить заведующую кафедрой гражданского права юридического факультета Санкт-Петербургского университета Рассказову Наталию Юрьевну. Приготовиться Жуйкову Виктору Мартениановичу.

Н.Ю. РАССКАЗОВА

Здравствуйте, коллеги. Несмотря на то, что всего семь минут, я постараюсь уложиться. Я не могу не ответить на реплику Марии Ивановны.

Во-первых, она сказала, что нотариат сегодня слаб, и мы это признаем. Я подумала, а как он слаб, в каком смысле, там нарывы, высокая температура, ампутацию надо делать… Я не нотариус, я лицо, конъюнктурно не заинтересованное, я не вижу этого.

Знаете, возмущение, дефекты, в любой системе есть, для любой системы нормальны сбои. Согласны? Да. Я посмотрела на график, спасибо большое, график жалоб. Было три пика. Это – после принятия первой части ГК, второй части и третьей части ГК. Обратили внимание? Нотариус – заложник дефектов законодательства. Не в суды идет первая волна, первый удар. Первый удар принимает нотариус. Нотариус не может отказать в совершении нотариального действия со ссылкой на то, что в законе пробел, неоднозначное толкование и так далее. Естественно, гражданин не понимает, ему предоставили право и он жалуется. Поэтому слабость нотариата в этом смысле такая же, как у любого другого лица, который применяет закон, составленный с дефектами.

Не место здесь говорить о проблемах нашего законодательного процесса, процесса правотворчества, хотя, на мой взгляд, я воспользуюсь возможностью, скажу. Еще много лет назад, будучи на другой должности, Дмитрий Анатольевич Медведев на конференции, посвященной 15-летию арбитражных судов, прямо и открыто сказал с трибуны: «Надо прекратить ситуацию, когда законы пишут непонятные люди (я цитирую), неизвестные фирмы». Этот процесс должен быть подчинен регулированию так же, как любой другой.



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | Вперед → | Последняя | Весь текст