С. В. Образцов Школа это сообщество, где у всех одна цель, но ра

Не мы в институт, а институт к нам!

Чугалаев Ахтам Хабибзянович, победитель всероссийского конкурса «Директор школы-2010», директор муниципального общеобразовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа № 97» г. Ижевска

Существует несколько подходов и методов управления школой. Какой же считать оптимальным? Никакой! Потому что каждый метод управления выдвигает что-то или кого-то на главную позицию, а значит осознано вытесняет что-то или кого-то на второй план! Как же быть? Ответ на этот вопрос дает сама жизнь: все должно быть в гармонии, в разумном сочетании. Конкурсное эссе победителя всероссийского конкурса «Директор школы-2010», обладателя звания «Лучший директор школы-2010» Ахтама Хабибзяновича Чугалаева.

Человек не может понимать окружающий его мир только логикой мозга, он должен ощутить его логикой сердца, то есть эмоцией.

С.В. Образцов

Школа – это сообщество, где у всех одна цель, но разные обязанности по ее достижению. Очень важно сплотить вокруг себя коллектив профессионалов, творческих, заинтересованных, неравнодушных людей. Залог успеха любого дела – общность интересов. Когда люди говорят не «мое», а «наше». Когда каждый маленький успех приносит радость всем. Когда каждое дело совершается во имя одной общей цели.

Найти свое место в управляющей системе, определить все взаимосвязи, причем не только с позиции рациональности, но и с позиции элементарной человеческой мудрости. Успех школы во многом зависит от этого. Успеха не жди без высокой коммуникабельности руководителя, умения управлять людьми и делегировать полномочия. Управлять – значит побуждать других работать. Я считаю, что руководитель не должен заниматься частными вопросами, с которыми с большим успехом справился бы кто-то из подчиненных. Директор должен иметь широкий взгляд на дела своего коллектива, заботиться прежде всего о принятии решений, а их исполнение поручать подчиненным.

Если он сам начнет вдаваться во все подробности исполнения, то не сможет сопротивляться напору малозначительных вопросов. Вот почему в школе функционируют самостоятельные подразделения, руководят которыми заместители директора. Кто же они, мои заместители? Это управленцы, которые способны самостоятельно решать сложные проблемы коллективного характера, умеющие принимать решения, особенно сложные и серьезные, а потому понимающие, что берут за это на себя ответственность. Школа при этом выглядит как федеративное государство. Выработана единая стратегия, известны цели и перспективы, установлены взаимосвязи, сформирована культура школы – это и есть основа школьной федерации.

Ситуация

Все вакансии закрыты, расписание уроков составлено, все учителя на месте, все дети готовы… вроде бы всё – можно начинать. И начинается, и продолжается учебный год. Все заняты своим делом: дети учатся, учителя учат, заместители директора анализируют. Идеальная картина. Но не тут-то было.

Одно за другим ложатся на мой стол заявления учителей с просьбой освободить их от уроков для повышения квалификации в преддверии предстоящей аттестации. Вроде бы обычное дело. Определили, кто будет заменять этого учителя, и нет проблем. Но проблема появилась и стала нарастать.

Приведу простейшие подсчеты: в школе ежегодно 30–50 учителей проходят аттестацию и повышают свою квалификацию. В учебном году 34 недели, значит в течение всего учебного года каждую неделю будут отсутствовать 2–4 учителя. Это усредненные расчеты. Бывают такие недели, когда отсутствует до 10 учителей. О какой качественной организации учебного процесса можно вести речь?!

Далее, формально учитель повысил свою квалификацию. Один в области интерактивных технологий, другой – в проектной деятельности, третий – в другой области. А как же при этом потребность школы и нашего общего Дела, определенного программой развития? Беседуя с учителями, выясняю, что тему курсов повышения квалификации они выбрали, потому что:

нужно пройти курсы – все равно какие;

эту тему выбрала знакомая из другой школы;

на других курсах не было мест;

курсы бюджетные и оплачивать не нужно;

и даже вот этот вариант:

красиво называются курсы (!).

А теперь рассмотрим экономическую составляющую. Учителю, повышающему свою квалификацию, сохраняется заработная плата. Заменяющему учителю и заменяющему классному руководителю нужно оплатить его работу, на это денег нет, следовательно, оплата будет произведена из экономии фонда заработной платы, потребуется от 145,0 тысяч до 290,0 тысяч рублей. А значит на эту сумму уменьшаются премии и другие материальные выплаты стимулирующего характера, производящиеся именно из экономии фонда заработной платы.

Дальше еще сложнее: все это можно смело удваивать, ибо многие учителя стали выбирать вместо 72 часов 144 – это упрощает процедуру аттестации.

Нужно принимать меры. Какие? Свести до минимума замену уроков. Другими словами, учителя не должны проходить повышение квалификации в учебное время. Казалось, выход найден: курсы в каникулы. Значит, учителя должны заблаговременно выбрать те курсы, которые организуются во время наших каникул. Но так решалась только маленькая часть проблемы. На это время попадали курсы, которые были определены графиком института. И вновь страдает эффективность такого повышения квалификации.

Если учителя в каникулярное время будут на курсах, то тогда возникает реальная угроза срыва всех школьных программ повышения педагогического мастерства, всех творческих дел, проводимых в дни каникул. А что если совместить повышение квалификации, творческие дела, мастерские? А что если не мы в институт повышения квалификации, а институт к нам? Самим определить темы курсов, организовать их в школе в каникулы и пригласить специалистов института повышения квалификации. Причем сразу нашел весомый аргумент для разговора с ректором: у института дефицит учебных площадей и предложил курсы проводить на внебюджетной основе.

В школьное положение о материальном стимулировании внесли дополнение: сотрудники могут получать материальную помощь на повышение своей квалификации. Те средства, которые раньше тратились на оплату замены уроков, стали расходоваться на оплату повышения квалификации учителей, но при этом более 100,0 тысяч рублей экономились. Эту часть средств направили на повышение квалификации других категорий работников школы: поваров, медицинских работников, водителей, рабочих и др.

Так появилась корпоративная система повышения квалификации. Начинали с отдельных модулей по 36 часов, дальше больше, и вот уже в этом году все 144 часа в школе.

В качестве нового источника знаний и информации мы сегодня выходим за пределы республики и работаем с Академией повышения квалификации. Специалисты Академии – профессионалы своего дела, они учитывают особенности взрослой аудитории и обеспечивают качественное обучение. Для проведения модуля в 144 часа организуем как очное, так и дистанционное обучение.

И здесь мы можем говорить уже не о формальном повышении квалификации, а о качественно новой стороне обучения. Судите сами, из предлагаемой тематики курсов мы отдаем предпочтение той, которая гармонично сочетается с методической темой, выбранной в начале учебного года для работы внутри предметных лабораторий, действующих в школе. И эта тема лейтмотивом проходит через все педагогические советы в течение года. А дальше мы выходим на новый уровень, новые исследования и углубляемся в эту же тему, развивая в ней новое направление. Таким образом, все взаимосвязано и хорошо интегрируется друг с другом, что в итоге работает на качество преподавания.

Более того, раньше при формулировании методической темы либо стратегии работы в программе развития школы активные действия и изменения происходили только в головах тех, кто должен был эти изменения внедрить, то есть администрации и руководителей предметных лабораторий. Внутришкольное обучение дало возможность погрузить весь коллектив в общую тему, проблему и заставило всех говорить на «одном» языке. А это, в свою очередь, позволяет значительно легче отследить результаты обучения и говорить уже о конечном продукте. Благодаря общему знаменателю мы можем пошагово работать над направлениями, определенными в программе развития.

Подхватив общую идею, педагоги школы организовали клуб, который назвали «Мастерской инноваций», где создали площадку для профессионального общения и взаимообучения: они сами выбирают темы, на которые хотели бы получить ответы, либо делятся опытом, организуя мастер-классы, круглые столы, фестивали.

Каждый год школа принимает молодых специалистов – выпускников педагогических вузов и учителей-стажеров. И для них корпоративная форма обучения – это своеобразная адаптация к новым условиям работы и коллективу.

Таким образом, ежегодно инвестируя во внутришкольное обучение, мы добиваемся поставленных в программе развития целей – повышения качества обучения в школе, параллельно решая задачи аттестации педагогических кадров.

Однако здесь может возникнуть закономерный вопрос, который задаю себе сам: «Если переобученные люди уходят, вложения теряются, как и полученные знания. Как минимизировать этот риск и удержать ключевых людей?». К сожалению, обучение ограничено способностью организации сохранять своих людей. При высокой текучести кадров обучение не дает результатов или вовсе не происходит.

Проблемы текучести кадров в школе нет. Но все же есть повод подумать и предусмотреть возможности, чтобы не дать негативным сторонам развиться. И здесь место новым идеям, как стимулировать педагогический коллектив на работу в нашем учебном заведении.

Анализируя эту проблему, открыл для себя простую истину: самое эффективное повышение квалификации может быть только внутри школы, и с удивлением пришел к выводу, что моя функция как директора, помимо всего прочего, – организация обучения не только учителей, а всего коллектива.

Мне повезло тем, что я был назначен директором школы, когда этой самой школы еще не существовало. Она была на бумаге, был проект, который разработали много лет тому назад. Начиналось строительство школы. Официального моего назначения на должность еще не было: были майские праздники и объявлены выходные до 10 мая. Но мне не терпелось посмотреть на стройку. Хотя стройкой это назвать было нельзя. Был пустырь, на котором установлен один строительный вагончик. Как же долго ждал окончания этих праздничных дней, мне казалось, что они такие длинные…

С чего начать? Куда идти? Что делать? И еще куча вопросов. Начал представлять школу…не получается. С детства люблю мечтать, порою кажется, что не могут эти мысли иметь реальное претворение, а кто сказал, что сказка не может стать былью? Любые изменения в школе, программы, дела начинаются с мечты. Вот она появилась в голове, вот она развивается, меняется, трансформируется, принимает причудливые формы, уходит в нереальные направления…стоп! Так вот же оно- решение! А почему нельзя? А почему нереально.…Закончились праздничные дни. Для себя я задал вопрос, ответ на который и будет ориентиром в строительстве школы: «а что я могу сделать в школе, чего не делали в других школах?». Кстати, этим я руководствуюсь и поныне.

Это был май 1995 года. Проект школы поменять мне не разрешили. Но разрешили вносить любые изменения, дав на это 5 дней. Я посетил все школы города, которые построены по такому же проекту, и задавал директорам этих школ один и тот же вопрос: «Что не нравится Вам в этом проекте?», сам увидел недостатки. Так появились предложения по изменению проекта. Практически все они были приняты, кроме одного — атриума (зимнего сада во внутреннем дворе школе), аргументировали это тем, что для детальной доработки проекта стройку нужно остановить на 3 месяца, а это делать нельзя. Хотя стройка в реальности останавливалась на 5 месяцев.

На школьное питание обратил особое внимание. Решил, что столовая должна быть подразделением школы. Весь технологический процесс от закупа продуктов питания до приготовления пищи должны выполнять штатные работники школы. Меня всегда удручала система школьного питания. Скудный выбор, вернее, его отсутствие. Если и готовили что-то вкусное, то строго по определенным дням и по разнарядке, например, для гостей — участников семинара. Но и тут одно наименование.

В своей школе мне удалось построить систему школьного питания, где дети имеют возможность выбирать, предлагается ежедневно 10-15 различных комплексов, а ежедневная свободная раздача предполагает несколько десятков различных блюд.

Чтобы представить масштабы нашей школы, нужно сказать, что учится в ней более 1600 учащихся, работает — более 300 работников. И всех нужно накормить за три-четыре перемены. Да еще и посторонние (от них мы не отказывались – лишняя выручка).

Кормили вкусно. Хотя я с каждым годом начинал все четче осознавать что-то не то. Вкусно – это в сравнении с другими школами. А в сравнении со свободной раздачей – не вкусно. Почему одни и те же повара готовят вкусно и невкусно? Все чаще на директорских часах дети стали мне говорить, что им не нравится питание. На родительских советах и на собраниях стали звучать вопросы и претензии. На душе некомфортно. Система начинала давать сбои.

Почему?

Первое, что я сделал – это побеседовал с заведующим столовой. Улучшения были малозначительные, на один-два дня. Думал, что все встанет на свои места. Но было же хорошо?! Нервозность стала проявляться и среди работников столовой. Они переводили все на себя. В качестве аргумента выдвигалось, что они трудятся как пчелки, работа тяжелая, рук не хватает. Тогда принял решение увеличить штат работников. Ситуация изменилась, но через месяц-другой снова тот же уровень. Нервозность возрастает. Не хватает людей вымыть посуду. Принимаем решение увеличить количество дежурных в столовой. Честно, мне было стыдно заходить в столовую. Не могу изменить ситуацию. Мы катимся вниз, мы становимся обычной школьной столовой. Что делать?

По понедельникам провожу административный совет, где рассматриваем итоги предыдущей недели и согласовываем совместные действия на новую неделю. Заведующий столовой ставит перед фактом, что нет стаканов. Я только открыл рот в немом удивлении. Как? Совсем недавно покупали несколько тысяч. Взял книгу боя посуды: по 90, 100, 120 стаканов в день, по 30, 40, 60 тарелок в день. Так на одну посуду будем работать! Перешли на пластмассовые стаканы.

И снова разговоры, теперь уже нервозность на пике. Увеличили количество дежурных, теперь почти 2 класса (!) дежурят. Мне действительно стыдно проходить мимо моечной посуды: посудомоечная машина работает, потребляет больше 30 кВт энергии, вода льется без остановки, у каждой ванны стоят дети в перчатках и моют посуду, на посудомойщицу смотреть жалко. Мало того, что бог ее умом обидел, да тут такая нагрузка. Заведующий столовой аргументирует мне: «А кто еще пойдет на такую работу?!», я полностью соглашаюсь с ней… с грустью и тоской думая, только бы она не уволилась.

Почему? Что делать? Эти вопросы я себе задаю вновь и вновь. Все большее количество детей перестают питаться в столовой. Начинаем включать административный ресурс: собеседования с классными руководителями, ввожу доплату классным руководителям — определенную долю от выручки за питание. Небольшой подъем наблюдается, но временный.

Начинаем масштабную работу по пропаганде здорового питания, объясняем детям, почему нужно питаться в школьной столовой. Результат малозначительный, количество детей, питающихся в столовой, стремительно падает.

Что делать? Виновата система. Вернее, ее отсутствие. Не было у нас системы школьного питания. А была лишь технология. Был случайный набор оборудования. Систему нужно создать! Нужно сделать так, чтобы меньшим количеством работников выполнять больший объем работы, но при этом люди не должны быть перегруженными.

Помню самое первое собрание, практически два года тому назад, сидят передо мной все работники столовой, после трудного дня. Глаза потерянные, пальцы рук сцепили. Ждут, что я буду их ругать. А я начал рассказ о том, что у нас будет. Что нужно модернизировать все оборудование, создать систему. Что будет красиво, будет легко.… «Мечтает» –, читаю в глазах девчонок, «фантазирует», – вижу в глазах стажеров. Никто не верит мне. Ладно, посмотрим, что будет потом.

Начали с модернизации посудомоечной. Заменили старое оборудование на новое, сделали ремонт, заменили вентиляцию, освещение. Продумали систему сбора грязной посуды. Расставили оборудование так, чтобы работать было легко, чтобы избежать лишних движений, исключить любые потери. Увеличили количество посуды, находящейся в обороте. И первая победа: со всей посудой справляется один человек, за неделю разбились только 3-4 тарелки. Заказали посуду с логотипом школы, отказались от пластмассовых стаканов, перешли на фарфоровые бокалы. Дети говорили «спасибо», что исчезли пластмассовые стаканы. Значительно уменьшили количество дежурных, теперь 5-7 человек помогают только в сервировке столов. Про эффект экономии коммунальных расходов, думаю, тут упоминать лишнее – это очевидно.

Параллельно начал работать над изменением технологии приготовления пищи. Я с детства хорошо готовлю, еще мой дед был поваром во время Великой Отечественной войны. Он говорил, умение готовить – это умение сочетать продукты. Это умение оценили мои ученики во время школьных полевых экспедиций или походов, пищу я всегда готовил сам. Что сделать, чтобы пища была вкусной? Есть два пути, один из них предполагает использовать усилители вкуса типа «Галина Бланка» (буль-буль), но это сплошной вред, есть другой путь – разумное сочетание продуктов питания, в том числе природных вкусовых приправ. Начал искать поставщиков натуральных приправ, вся проблема, что сертификат качества не представляет ни один торговец приправ, а без них в школьное питание дорога закрыта. Поиски увенчались успехом. Приправы закуплены. Начнем с гарниров.

В тот день я в школу пришел рано. Было ли волнение? Да, но была уверенность, что все получится. До сих пор не понимаю, кто из детей первым увидел, что я стою у плиты в белом халате? А я тогда не понимал, чего это одна группа детей сменяется другой и все так внимательно изучают меню на сегодня, а сами как бы невзначай смотрят на меня. Сколько в этот день оказалось проигравших и выигравших пари! Никто не верил, что я буду готовить. Получилось! Гарниры стали вкусными, очень вкусными. Прошло несколько дней и повара уже без моего присутствия стали по-мастерски готовить и творить.

Появились настоящие друзья школы – поставщики технологического оборудования. Такое количество рассрочек и скидок мы получили!

Уже в конце мая будем компьютеризировать рабочие места поваров, сейчас завершаем работу над программой, которая будет управлять всем процессом. А с нового учебного года дети уже могут формировать свое индивидуальное меню через школьный сайт в интернете. Сколько теперь питается детей в школьной столовой? Почти вся школа!

Здесь хочется отметить еще одно наблюдение как результат внедрения мер по модернизации системы питания. Несколько слов о культуре питания школьников. Современные дети находятся под властью модных тенденций о неправильном питании – еда быстрого приготовления, газированные напитки, сладости. Предлагая детям вкусные салаты, гарниры (каши из разнообразных круп, тушеные овощи), компоты из ягод и фруктов, мы формируем хорошую здоровую привычку, которую дети несут и в свою семью: просят на завтрак в выходной сварить кашу!

Сколько уже написано, сколько уже сказано и рассказано про классный журнал! По сути своей на какую-то бумажку столько тратится времени: инструктажи по заполнению, собственно заполнение, проверка того, как заполняется журнал, проверка того, как проверяется это заполнение журнала. Справки, приказы, отчеты, совещания.… Однажды, наводил порядок в своем домашнем письменном столе, на глаза попался двойной тетрадный листок с моими набросками какого-то плана, а на обратной стороне чей-то черновик справки по итогам проверки журналов (видимо, этот листок-черновик я взял у завуча школы, в которой я когда-то работал), справка как справка, но датирована она 17 февраля 1987 года. Читаю. Такое ощущение, что справка написана вчера или даже сегодня. Столько прошло лет, а все замечания повторяются. Из года в год одни и те же замечания, одни и те же ошибки!

А если взять и отменить журнал?! Нельзя! Хотя, столько времени появится у классного руководителя, у завуча, у коллектива в целом. Вместо того чтобы выслушивать нудную справку по итогам проверки журналов, послушать об интересном опыте работы, обсудить тот или иной метод или новинку, лишний раз просто пообщаться с детьми!

Не знаю, как в других школах, но для нашей школы, в которой 76 классов, это проблема актуальная. Вынужден выделить отдельного человека, в обязанности которого входит только работа с журналами.

А что если поручить ведение журнала компьютеру? Только мне не нужен вариант, когда учителя, проведя урок, во внеурочное время заходят в кабинет информатики и начинают заполнять электронный журнал – двойная работа. Этот вариант обречен на провал. К своему удивлению обнаружил, что нет ни одной программы, которая бы заменила бумажный вариант журнала. Значит, эту программу нужно создать самим. Итак, стало понятно, как действовать:

в течение 3 лет постепенно меняем парк компьютеров в компьютерных классах;

пишем компьютерную программу по ведению электронного журнала;

прокладываем локальную сеть в каждом учебном корпусе и соединяем учебные корпуса в единую локальную сеть школы, в целях безопасности мы отказались от беспроводного варианта сети;

проводим обучение учителей, сначала мотивируем их, ликвидируем компьютерную безграмотность, проводим практическое обучение;

запускаем в экспериментальном режиме электронный журнал (5-10 учителей апробируют журнал), на этом этапе от бумажного варианта не отказываемся;

переходим на электронный журнал, разработав электронную версию рабочей программы учителей, изменив нормативные документы школы, а чтобы не вызывать нареканий со стороны вышестоящих органов, сохраняем бумажный вариант журнала, только его будем печатать два раза в год.

Нам понадобилось целых 3 года на выполнение этих задач. Электронный журнал работает! Аналогов нет! Было трудно? Не то слово, было очень трудно. Самое трудное — поменять учителей. Целый год мы обучали их работе на компьютере.

Если говорить о мотивации, то на каждом педсовете, при каждом удобном случае рассказывал учителям, как это будет работать, что нас ожидает, как нужно готовиться. Меня в очередной раз называли сказочником, но верили, что так и будет.

Держу в руках классный журнал, отпечатанный на принтере, без единой помарки, без исправлений, все графы заполнены, записи четкие, точек нет…красота!

С введением электронного журнала решена еще одна проблема, которая существовала в школе: возросла объективность выставления оценки за триместр. В журнале запрограммированы три варианта оценок – за обычную, практическую или контрольную работу на уроке. По итогам триместра журнал подсчитывает все оценки с учетом коэффициента за значимость работы и предлагает учителю вывести оценку, но не ниже предложенного среднего значения. Недовольных учеников и родителей больше нет.

Главное, минимум затрат. Масса свободного времени учителю и классному руководителю: творите!

Сколько помню себя в школе, столько лет существует одна и та же проблема: переход детей из начальных классов в средние. Почему в начальной школе ученик получал пятерки и четверки, а в 5 классе только тройки и четверки? Почему так резко падает качество знаний? Этому посвящено множество исследований, мы сами этой проблемой заняты не первый год. Оставим всевозможные причины и выделим только две глобальные: либо в начальной школе оценки завышают, либо в пятых классах – занижают или та же параллель с уровнем требований. Как болезненно воспринимали ту или другую гипотезу учителя. Хорошо. Оставим все гипотезы. Вот с чем согласились все: в любом случае оценка оказывается необъективной. Она будет тем точнее, чем больше будет оценщиков. Это и послужило отправной точкой организации внешней экспертизы знаний. Мы несколько лет проводили рейтинговые исследования. Когда проверочные работы идут по текстам, составленным учителем-инкогнито. А вот проверка этих работ шла коллегиально. По результатам появлялся рейтинг, какие умения и навыки детьми усвоены и степень усвоения. Отсюда вывод делал каждый: над чем ему работать. Но этот метод был очень затратным, хотя его мы продолжаем использовать. Идею внешней экспертизы мы развили дальше.

Система «Электронный журнал» будет иметь перспективное развитие. Но для этого нам предстоит сделать огромную работу. В чем идея? Контрольные работы разбить на так называемые дидактические единицы (чем мельче, тем лучше) по примеру спецификации и кодификации на ЕГЭ. И проверка этой работы предполагает внесение в электронный журнал формальных признаков: 1-дидактическая единица учеником усвоена и 0 – не усвоена. Тогда станет возможным поручить компьютеру провести детальнейший анализ усвоения дидактических единиц. А значит, учитель получит, наконец-то, реальный результат не в виде троек, двоек, пятерок, а кто что не усвоил. Отсюда решение за учителем: что делать? Либо двигаться дальше, либо вернуться к изучению темы. Система электронного журнала будет наделена возможностью принимать соответствующие меры в случае достижения пороговых минимумов (подсказка или совет учителю, сообщение курирующему заместителю и т.п.). Но тут есть и другая сторона. Учащийся будет иметь возможность дистанционно ознакомиться с результатами своей работы, увидеть, в чем он ошибся, что не усвоил и ему, возможно, будут предложены системой дистанционные дополнительные занятия. Причем, это станет возможным сразу после того, как система выгрузит все данные на сайт школы. Данному учащемуся будут доступны только его данные (многоступенчатая система безопасности разработана).

Проблема качества обучения стала ключевой для коллектива школы: в 2007 году коллектив вступил в проект «Ассоциированные школы ЮНЕСКО», избрав для себя приоритетом разрешение проблемы соответствия современным стандартам качества образования.

Так мы пришли к идее создания Службы внутреннего образовательного аудита.

Добровольная внутренняя система оценки, которая позволила бы сравнивать результаты школы относительно самой себя.

Группа педагогов в режиме эксперимента работает над созданием Службы аудита, проводя процедуры тестирования для корректировки направлений проводимых в школе реформ и прогнозирования состояния качества образования.

За прошедший период состоялись уже двенадцать Дней качества, которые включали в себя мероприятия, направленные на измерение уровня подготовленности школьников, а также мероприятия с педагогическим коллективом школы по устранению выявленных недостатков, работа над повышением уровня преподавания.

Я родился и вырос в Ташкенте, по национальности татарин, так получилось, что родным языком стал русский. В школе у нас преподавали узбекский язык. У меня всегда были проблемы с ним: не понимал, неправильное произношение. Однажды мои родители отправили меня в детский санаторий аж на 3 месяца. Так получилось, что большинство детей, воспитателей, медицинских работников, поваров были узбеками: кругом узбекская речь. Закончилось лето, вернулся с санатория. Вновь уроки узбекского языка, всех спрашивают, меня – нет, ну понятно, открытый урок, могу подвести, я и молчу. И тут началась свободная дискуссия. Вели разговор о знаменитых людях, ученых и поэтах Востока. А незадолго до этого в санатории я готовил большое сообщение на эту тему. И вот я встаю, можно представить выражение лица учителя (я ее мог так подвести!), и на чистом узбекском языке, с выражением, с мимикой, с жестами, со знанием дела, осознанно я выдаю все то, что знал. Я практически спел. Ответил на все вопросы, которые мне задавали гости. Если скажу, что у учителя открылся рот от удивления, то я ничего не сказал. К чему это все? К системе изучения иностранных языков.

Почему в школе мы не можем научить детей свободно говорить на иностранном языке? Мы учим детей читать и переводить со словарем. А общаться?

Как-то поделился своими сомнениями в этом плане на педсовете. Опять знакомый ответ: «Значит, мы плохо работаем?» Вспомнил знакомый отрывок из стихотворения Расула Гамзатова про споткнувшегося коня. Методы! Нам нужно изменить методику изучения языка. Больше общения. Ребенок должен слышать речь. Нам нужно создать эту языковую среду. Дополнительные занятия? Репетиторы? А может, лингвистический лагерь! Хорошо, организовали. Не получилось. Почему? Дети знали, что в любой момент на русский перейти можно и несложно. Запретить учителям говорить по-русски? А может, учителя найти, который по-русски не понимает и не говорит? Идея! Только где таких найти?! Именно в это время в школу приходит работать талантливый педагог, который и педагогического образования не имеет (инженер-переводчик). Кстати, победитель российского конкурса «Педагог года». Вместе с Юлей в школу врывается поток свежего воздуха и идей. Юля привела таких учителей, которые по-русски не понимают. Волонтеры международного проекта. Представители Бразилии, Ганы, Японии, Индии, Китая, Колумбии, Турции…проводили уроки английского языка. Мы попробовали. Получилось. Дети заговорили. Пусть пока только 50 человек. Но когда вижу наших детей, гуляющих по городу с волонтерами и непринужденно с ними общающимися, понимаю, что мы на правильном пути. И языковой лагерь получился. В 4л классе одни 5 и 4 по английскому! Какой огонек появился в их глазах после четырех месяцев работы с волонтерами! Раньше в этом классе была проблема: урок английского воспринимали в тягость и, следовательно, оценки «так себе», а теперь – как праздник! И в этом году на финале всероссийской олимпиаде по английскому языку участвовал наш ученик.

Разговаривал с Патерсоном (Бразилия) о системе изучения иностранных языков в его стране. В учебном плане 2 часа английского в неделю (!) и этого достаточно, чтобы говорить на этом языке. На этих занятиях они действительно общаются.

Думаю, сотрудничество с иностранными партнерами было отличной школой и для наших педагогов: они осознали важность работы в языковой среде, сами заразились идеями от наших иностранных гостей, а заодно и имели возможность поддержать свой разговорный английский. Здесь важно и то, что учащиеся увидели, наконец, практическую значимость предмета. Это нужно не когда-то, а здесь и сейчас, чтобы быть понятным человеку другой культуры, чтобы расширить свои горизонты.

Уже в новом году мы изменим методы изучения иностранного языка в нескольких пятых классах. Думаем, что результаты будут позитивными.

Было это много лет тому назад. Задержался я в школе. На смену заступил ночной сторож Женя-студент медицинской академии. Закончив свои дела, я направился к выходу, как всегда спросил у сторожа про ситуацию, кто еще в школе, все ли спокойно. Слово за слово и начался диалог о проблемах медицины, который плавно перешел на проблемы школьной медицины. Договорились встретиться еще раз и обсудить эту проблему. К встрече я подготовился, просмотрел все нормативные документы. Эта встреча стала для меня исторической. С Женей мы проговорили несколько часов. У нас появился план создания собственной медицинской службы. Чем эта служба должна заниматься? Ведь в школе есть врач и фельдшер с детской поликлиники. Но эти работники выполняют ограниченную часть работу по сохранению здоровья: констатируют состояние здоровья ребенка, проводят вакцинацию и оказывают первую медицинскую помощь. Ни одна поликлиника не занимается здоровыми детьми. Ни одна поликлиника не занимается профилактикой болезней. Всем известно, что болезнь легче предупредить, чем лечить. Как это сделать? Создать структурное подразделение- медицинский центр. Создали. В начале каждого учебного года проводится скрининг-тестирование всех учащихся и исследование на компьютерной приставке «Валента», что позволяет на самых ранних этапах выявить патологию и назначить врачебные мероприятия. Оборудование закупали постепенно. Постепенно появлялись специалисты – врачи, энтузиасты, поддержавшие нашу идею. И сейчас в центре консультируют педиатр, пульмонолог, аллерголог, кардиолог, гастроэнтеролог, лор, невропатолог. Прием ведут врачи ведущих клиник Ижевска непосредственно в школе в вечернее время. На консультации приглашаются дети совместно с родителями. При необходимости, консультирующий врач, принимает решение о госпитализации ребенка в ту клинику, в которой он работает. Все учащиеся проходят курс верховой езды на лошадях – иппотерапию. Проводится масштабная работа по сохранению зрения.

Так в школе появился медико-педагогический центр школы, который имеет лицензию на медицинскую деятельность и аттестован на первую категорию лечебного учреждения. А Женя-сторож уволился, закончив с отличием медицинскую академию, пришел работать в школу уже в качестве заведующего школьного медико-педагогического центра. Однажды буквально влетает в мой кабинет Женя, весь взъерошен, такое ощущение, что передо мной Ньютон с яблоком или Архимед из ванны. Открытие! При очередном обследовании на компьютерной приставке «Валента» он обнаружил девочку с правосторонним расположением сердца, более того, у этой девочки была полная инверсия органов. Такое встречается крайне редко. Хотя в поликлинической карте девочки все 11 лет встречается одна и та же запись: «Тоны сердца ясные, ритмичные. Изменений нет».

В одной рекламе увидел сообщение о том, что детский санаторий предлагает оздоровительное лечение и обучение 50 детей в смену. Задумался… 50 детей – это два класса. А если отправить в санаторий начальные классы вместе со своим учителем? Встретился с руководством санатория. Договорились. Все мои предложения были приняты. Какие? Мы обеспечиваем санаторию стабильный набор детей в течение всего учебного года. Санаторий бесплатно принимает учителя и его ребенка и снижает стоимость путевки. За счет чего? За счет того, что санаторию не нужен отдел сбыта, не нужен штат учителей-совместителей, затраты на рекламу. Приняли. Сосчитали. Стоимость 10-дневного пребывания в санатории оказалась 1500 рублей (!). Путевка доступна каждой семье.

В моем представлении школа должна быть красивой, уютной, комфортной. А в реальности: самая дешевая краска, самая дешевая отделка, самое дешевое решение по коммуникациям. Это сейчас в «Новой школе» прямо сказано, что школы должны быть красивыми, и уверен, будут. Вечная проблема директора – ремонт. Бюджет – ноль, собирать с родителей? Много не возьмешь. А на мало ничего не сделаешь. Это сейчас могу сказать, что нам много удалось: заменить основные магистрали водоснабжения, вентиляции, кондиционирования. Двери, окна, кабинеты, залы, коридоры, холлы…сколько уже сделано, а сколько еще предстоит сделать! Дом построить? И это смогли сделать, в свое время мы взяли у завода заброшенный оздоровительный лагерь «Черемушки». Теперь этот лагерь активно восстанавливается.

Итак, по порядку. Посещая школы в том или другом городе (понятно, что мы бывали в показательных школах) видел, что в школе может быть и красиво и уютно. Откуда? Бюджет выделил. И тут вспомнил свой принцип: «А что я могу сделать в школе, чего не делали в других школах?». Сделать так же без бюджетных денег! Смогу? Надо подумать. Есть способ копирования изображений: разделить оригинал на квадраты, затем рисовать копию, повторяя изображения в каждом квадрате. Буду делать постепенно. Кабинет за кабинетом, коридор за коридором, участок за участком. Денег на расходные материалы мы еще можем заработать. А вот с рабочей силой? Попытался один коридор сделать силами строительной фирмы. Заплатили большие деньги. На следующий участок нужно долго копить денег. Так далеко не уйдем. Наблюдал за работой строителей, все вроде просто, тем более определенные навыки этих работ были сформированы у меня еще со школы. Стоп! Со школы? А как это было? На уроках труда нас учили, нам показывали, а потом в школьном сарае мы оттачивали свои умения. Тогда я научился шпатлевать, красить, кладку вести, штукатурить…потом ремонт дома мы всегда делали своими силами. Так, а что мне мешает сделать нечто подобное в своей школе? Только не на уроках труда, а по-настоящему. Чтобы открыть рабочие места, получить соответствующее финансирование от центра занятости, использовать свободные ставки дворников? Так и сделал. Пересмотрел обязанности всех рабочих по облуживанию зданий, оставил электрика, сантехника, чтобы занимались текущими делами. В школе появилось структурное подразделение ремонтно-строительный участок, куда перевел остальных четырех рабочих в качестве наставников- бригадиров — строителей и 20 ученических мест. Получилось на одного такого играющего тренера 5 подростков. Детей приняли официально на работу, с каждым заключили трудовой договор, завели трудовые книжки. Попробовали в летние каникулы. Получилось. Правда, в самом начале было много суеты, работа не шла. Нужно было всех подростков научить, всем показать, как работать, как держать инструмент. Каждый попробовал ту или иную строительную специализацию, и постепенно появились среди подростков мастера своего дела, сформировались бригады и дело пошло. Теперь работа этого подразделения не останавливается, уже работает 50 детей. В каникулярное время темпы хорошие, в учебное время основная нагрузка ложится на 4 рабочих-наставников, дети выходят на работу в свободное время (2часа в день), тем не менее, за эти годы сделано много! Обновленный интерьер школы, куча планов и проектов. Еще почти две сотни детей получили профессиональные практические навыки.

На дворе был апрель, а в первый класс записалось 412 человек!!! Это показатель. Мы востребованы, нас любят, самое главное, в нас верят, доверяя самое ценное на Земле — своего ребенка!

Время несется стремительно вперед, бывают моменты, когда остановишься, окинешь взглядом сделанное и прожитое, невольно думаешь: «Неужели мы это сделали?! В школе столько всего того, что нет в других школах. Удивительно, все нам удалось. Может, хватит?».